Книги

Мысли на ветер

Книга представляет собой наиболее полное на сегодняшний день собрание афоризмов, фраз и метких выражений, извлечённых из прозы, стихов, пьес, публицистики, интервью и записных книжек известного российского писателя, драматурга и общественного деятеля Юрия Полякова.


Скрыть фрагмент книгиПоказать фрагмент книги

Афористические «полочки» Юрия Полякова

  
   Уж простите за банальность («Банальность – это пульсирующая матка новизны» («Гипсовый трубач»), многие из нас любят порядок («Порядок, как и разруха, – в головах людей»(«Порнократия. Невольный дневник»). Кто-то больше, кто-то меньше. Кто-то любит порядок среди вещей («Вещи – это запечатлённая жизнь. Недаром их ещё называют пожитками» («По ту сторону вдохновения»), кто-то – в мыслях («Если есть мысли, хоть на камне зубилом вырубай – не важно. А вот когда мыслей нет, даже само-пишущий ноутбук не спасёт»(«Любовь в эпоху перемен»). Кто-то и там и там.
   Главное, что порядок – это когда всё «по полочкам»: что в шкафу, что в голове.
  А ещё главнее, что Юрий Поляков порядок любит: не знаю, как в шифоньере (да и не так это важно), а уж в мыслях точно! Всё у него на своём месте, всё определено и систематизировано.
  Возьмём, к примеру, классификацию женщин: «Женщина-кош-ка, женщина-вагоновожатая, женщина-капкан, женщина-ёлка, женщина-кроссворд» («Замыслил я побег...»).
  Или собратьев-писателей: «Первые, их большинство, записывают заурядные мысли случайными словами. Вторые для заурядных мыслей находят-таки точные слова. Третьи глубокие мысли излагают случайными словами. И лишь четвёртые, а их единицы, способны выразить глубокие мысли точными словами» («Гипсовый трубач»).
  Сам Юрий Михайлович, по нашему глубокому убеждению, относится к редким, исчезающим в современной российской литературе «единицам». И, скорее всего имея в виду именно их, замечает:
  «Всякий нормальный писатель так же хочет быть афористичным, как всякая нормальная женщина – привлекательной. Надо со-знаться, женщинам это удаётся гораздо чаще» («Бахрома жизни. В ожидании мудрости»).
   В интервью журналу «Афоризмы» Юрий Поляков заметил:«Афористичность – это один из признаков хорошей прозы, наряду с живым языком, яркими образами, эмоциональностью, социальной остротой... Афористичность – это прежде всего вербальная одарённость. Ну а потом, конечно, оригинальность мышления».
   А как определить – афористичен писатель или нет? Рецепт такой:
  «Если после прочтения какой-нибудь книги в вашей голове за-держалось хотя бы несколько авторских фраз и мыслей, значит, это приличный писатель и хорошая книга. От плохих в голове остаётся только желудочная тяжесть и обида на первопечатника Ивана Фёдорова».
  Да, рецепт, безусловно, хорош. Но давайте абстрагируемся от авторитетного мнения автора, попробуем «алгеброй гармонию из-мерить» и понять, афористичен ли писатель. Готовя этот сборник, я перечитал все без исключения произведения Юрия Полякова и, как говорят учёные, «методом сплошной выборки» извлёк из них авторские афоризмы. Картина получилась более чем ошеломляющая! С большим удовольствием хочу её воспроизвести. Я брал только прозу.
   Итак: первая цифра – количество страниц в произведении, после наклонной черты – количество афоризмов, после знака равенства – на сколько страниц приходится один афоризм. Для чего это сделано – об этом ниже:
«Сто дней до приказа» (1980) – 82/30=2,73.
«ЧП районного масштаба» (1981) – 110/40=2,75.
«Работа над ошибками» (1986) – 110/50=2,20.
«Апофегей» (1989) – 95/60=1,58.
«Парижская любовь Кости Гуманкова» (1991) – 115/70=1,64.
«Демгородок» (1993) – 115/60=1,91.
«Козлёнок в молоке» (1995) – 285/190=1,50.
«Небо падших» (1997) – 170/130=1,31.
«Замыслил я побег...» (1999) – 476/330=1,44.
«Грибной царь» (2005) – 365/280=1,31.
«Гипсовый трубач» (2008–2012) – 1500/940=1,60.
«Любовь в эпоху перемен» (2015) – 509/208=2,4.
«Весёлая жизнь, или Секс в СССР» (2019) – 568/280=2,02.
   На такие расчёты меня подвигла работа Натальи Калашниковой, посвящённая афористике Виктории Токаревой. В своих исследованиях, проанализировав тексты Токаревой объёмом в 2051 страницу (заметим, что только перечисленные произведения Юрия Полякова занимают 4500 страниц), Н.М. Калашникова пишет: «В среднем у В. Токаревой одно обобщающее высказывание приходится на 2,94 страницы, у Л. Петрушевской – на 17,88, у В. Войновича – на 21,29, у В. Аксёнова – на 20,2. Основываясь уже на этих простейших статистических данных, можно утверждать, что афоризм – неотъемлемый и характерный элемент стиля В. Токаревой».
   Произведя несложные математические вычисления, получаем, что в прозе Юрия Полякова один афоризм приходится на 1,69 страницы! То есть, грубо говоря, каждые 2 страницы текста украшены афористической изюминкой!...
   А что же такое «афоризмы» в представлении нашего автора?
  «Афоризмы – это не просто оригинальные мысли, это оригинальные мысли, выраженные точными словами... Афоризм западает, вчеканивается в твоё сознание именно в силу того, что обладает уникальной вербальной ёмкостью, выразительностью, чёткостью».
  Своими ненавязчиво вплетёнными в ткань повествования афоризмами (то отточенно-чеканными, то, наоборот, игриво-весёлыми) Юрий Поляков не стремится что-то доказать или что-то аргументировать. Его сочносочинённые фразы, воздействуя на сознание оригинальной формулировкой мысли, содержат в себе гораздо больше, чем непосредственно написано, и тем самым выступают неким детонатором для интеллектуального сотворчества вдумчивого читателя.
   Афоризмам Юрия Полякова абсолютно не свойственен дидактизм, нравоучения и морализаторство. Они скорее общефилософского плана с явным тяготением к иронии, юмору, сатире, где-то, может, даже сарказму. Но чего они напрочь лишены, так это глумливости, пошлости и скабрёзности. Я бы назвал Юрия Полякова «философом иронизма», поставив в один ряд с Ларошфуко, Оска-ром Уайльдом, Бернардом Шоу, Станиславом Ежи Лецем и противопоставив мрачноватому «философу пессимизма» Шопенгауэру. Однако, читая его афоризмы, важно помнить:
  «Писатель разделяет и поддерживает далеко не все мысли, соображения и выражения, выходящие из-под его пера. Во-первых, они – мысли – могут принадлежать сугубо отрицательным персонажам, которые у меня, к примеру, почему-то получаются обаятельнее и остроумнее, нежели положительные. Во-вторых, они – соображения – могут посетить сочинителя в минуты тяжких обид на судьбу, на власть, вечно ошибающуюся в свою пользу, или на вероломных обитательниц окружающей действительнос-ти. В-третьих, они – выражения – могут быть дружески позаимствованы у великих предшественников (разумеется, со ссылкой) или из лукавых глубин народного словотворчества (ясное дело, без ссылок)».
   Мастерство Полякова-афориста состоит в том, что через призму имманентно присущей ему иронии он может рассматривать практически все базовые концепты этнокультурного сознания. Семантическое поле его афоризмов простирается от вечных вопросов бытия («Жизнь», «Смерть», «Бог», «Любовь», «Творчество», «Власть», «Время», «Свобода», «Семья», отношения между мужчиной и женщиной и так далее) до на первый взгляд обыденных, сиюминутных, приземлённо-бытовых: «Девушка», «Деньги», «Брак», «Кино», «Измена», «Ревность», «Алкоголь» (включая «Выпивку» как процесс и возможное «Похмелье» с, не дай бог, «Запоем»), «Писатель», «Секс», «Телевидение», «Театр», «Чиновник»... Продолжать можно, чуть было не написал красивое – «до бесконечности», но вовремя спохватился.
  Афористические миры Юрия Полякова охватывают (простите за невольный оксюморон!) «конечную бесконечность» – 1000 «полочек» (терминов, понятий), которые трактуются 3000 определений. При этом часть из них является философским осмыслением жизни в целом, часть – мгновенной реакцией (этаким «точечным ударом») на быстро меняющуюся действительность (что особенно характерно для его публицистики и интервью). Редкий современный писатель может потягаться в таком афористическом точнословии с Юрием Поляковым!..
  А возвращаясь к «обыденности и сиюминутности», не будем забывать, что афористика – уникальный литературный жанр, который в руках мастера способен любую сиюминутность и кажущуюся незначительность превратить если не в аксиому, то в теорему, достойную того, чтобы её записали золотыми буквами.
  С моей стороны, наверное, было бы ошибкой начать (точнее, с наслаждением продолжать) в предисловии обильное цитирование этой интересной книги – книги, где всё разложено по полочкам. Перевернув страницу, вы и сами можете погрузиться в глубокие и практически безбрежные афористические миры Юрия Полякова.
  Так что переворачивайте, читайте и сотворчествуйте!
  Но имейте в виду, если «творчество – это одиночество» («Гипсовый трубач»), то сотворчество, позволю себе такую мысль, – это одиночество вдвоём. Вы – и автор...Такие вот полочки...

Николай КАЗАКОВ,член Союза писателей России



Купить книгу