Драматургия

Юрий Поляков (род. в 1954 г.) – один из ведущих современных русских драматургов. Его пьесы, а также инсценировки его прозы широко ставятся в России, СНГ, а также за рубежом. В одной Москве в настоящее время идет семь спектаклей «Хомо эректус», «Чемоданчик» - Театр Сатиры, «Контрольный выстрел», «Грибной царь», «Как боги» - МХАТ им. Горького, «Одноклассники» - Театр Российской Армии, «Он, она, они» («Женщины без границ») – театр «Модерн». Многие спектакли держатся в репертуаре годами и даже десятилетиями. Так, «Хомо эректус» сыгран в Театре Сатиры более 300 раз, с 2001 года не покидает сцены МХАТ «Контрольный выстрел», поставленный Ст. Говорухиным. Но абсолютный рекорд - это инсценировка «Козленок в молоке», сыгранная в театре имени Рубена Симонова на аншлагах 560 раз!

В ноябре 2015 года при поддержке Министерства культура РФ прошел Международный театральный фестиваль «Смотрины», целиком посвященный творчеству драматурга. За две недели на сцене «Модерна» было сыграно двенадцать спектаклей, привезенных в Москву из Нижнего Новгорода, Кирова, Пензы, Белгорода, Еревана, Петербурга, Кечкемета (Венгрия), Костромы, Чимкента (Казахстан), Симферополя, Московской области и т.д.. «Заочно» пьесы Полякова на своих сценах в рамках фестиваля показали еще пятнадцать театров от Владикавказа до Хабаровска. 

 Пьесы Ю. Полякова выходили отдельными изданиями:
«Левая грудь Афродиты», «Молодая гвардия», 2002
«Хомо эректус», «Росмэн», 2005
«Одноклассники», АСТ, 2009
«Женщины без границ», АСТ, 2011
«Как боги», АСТ, 2014
«Чемоданчик», «У Никитских ворот», 2015
По вопросам сотрудничества
обращайтесь:
polyakov@lgz.ru тел. 84997880056

yuripolyakov@inbox.ru

polyakova-alina@mail.ru (916) 6200582


Демгородок ("Принцесса и свинопас" авторская инсценировка)

Демгородок

              Выдуманная История

                    Пьеса в 2-х актах

        (по одноименной повести Ю.Полякова «Демгородок»)                    

                                                  

                                 

Действующие лица:

         Мишка Курылев              - оператор ассенизационного агрегата

         Лена                                    - изолянтка № 55-Б из Кембриджа

         Адмирал Рык                     - Избавитель Отечества

         Помнацбес                         - помощник по национальной безопасности

         Юрятин                               - подъесаул, комендант Демгородка

         Ренат Хузин                       - сержант спецнацгвардии «Россомон»

         Клавдия Кокошникова    - певица

          Галина Рык                       - жена адмирала Рыка.

          Джессика Синеусофф       - Рюриковна.

        Журналисты, спецнацгвардейцы,   санитары, «почечные бароны».

Изолянты Демгородка:

         № 3             -        бывший президент РФ

          №26            -         бывший спикер парламента

         №33            -         бывший лидер «Коммунистического выбора»

          № 55           -        бывший вице-премьер, отец Лены

№ 62           -        бывший министр финансов

№ 88           -        бывший лидер «Демократического выбора»

№ 94           -        бывший нефтеналивной олигарх

     № 186          -         бывший ведущий телепередачи «Времена и нравы»

     № 261          -        бывший президент Украины.

                              

                                          ПРОЛОГ

В затемненном зале слышны звуки сирены, которые перекрывает шум возбужденной толпы. В лучах прожекторов появляются журналисты, передающие репортажи перед телевизионными камерами.

1-Й ЖУРНАЛИСТ.      «Адмирал Иван Петрович Рык и субмарина «Золотая рыбка», несшая на борту ядерные ракеты, никогда бы не смогли изменить судьбы мира, если бы не чудовищные ошибки российской власти. Страна вышла на первое место в мире по количеству миллиардеров и нищих! Но вдруг цены на нефть и газ обрушились. Баррель стоит меньше, чем бутылка пива «Толстяк». Зреет социальный взрыв. Зафиксированы первые погромы роскошных особняков на Рублевке… Нужен лишь детонатор!

            Шум, сирены, прожекторы.

2-Й ЖУРНАЛИСТ. …И вот подводная лодка адмирала Рыка, этот троянский конь третьего тысячелетия, появляется у берегов Флориды. Появляется в тот момент, когда США, борясь за права российских секс-меньшинств, замораживают наш стабилизационный фонд, преступно размещенный в американских банках. Как быстро повернулся флюгер истории! Ультиматум. Отказ от переговоров. Попытки запеленговать сумасшедшую субмарину. Паника в Кремле и в Белом Доме. Мир затаил дыхание в предчувствии атомной катастрофы…

3-Й ЖУРНАЛИСТ. …Трудовой народ, восхищенный подвигом адмирала, вышел на улицы от Курил до Гомеля. Восстал Крым и объявил себя независимой курортно-профилактической республикой под протекторатом Москвы. Шахтеры Донбасса с месячным запасом сала спустились в забои и объявили голодовку в знак солидарности с адмиралом Рыком. В Киеве, где был запрещен русский язык, восставшие перегородили Крещатик баррикадой из учебников мовы. Президент России отрекся от ядерного чемоданчика и бежал в Завидово. Въехав в Кремль, адмирал объявил о снижении цен на все сразу, о собирания земель, о национализации недр и эфира...

4-Й ЖУРНАЛИСТ (с акцентом) Запад теперь в шоке. Распадшая страна соединилась опять… Грузия мгновенно выбежала из НАТО и вернулись с виной под власть Кремля… Кишинев торжественно переназван в Рыков, а Ивано-Франковск - в Ивано-Петровск… Американский президент от огорчения пошел в запой и ждет на ранчо свой импичмент…

ПОМНАЦБЕС. Сегодня на планете нет политика сильней и державней, чем Избавитель Отечества - Иван Петрович Рык!

                                Первый акт

                          СЦЕНА 1. КРЕМЛЬ. ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ.

Адмирал Рык в глухом кителе с единственным украшением – значком в форме подводной лодки. В руках у него маленькая серебряная подзорная труба, каковую он складывает и раздвигает в государственной задумчивости, не расставаясь с ней в течение всего представления.

ПОМНАЦБЕС. Внимание! Тихо! Ма-алчать! (Всё замолкает. Беззвучные фотовспышки) У Избавителя Отечества десять минут! Прошу вас, Иван Петрович!

АДМИРАЛ РЫК (чеканя каждое слово) Великий Благоворот свершился!

Демократическая Смута окончена!

4-Й ЖУРНАЛИСТ (с акцентом) Что есть «благоворот»?

ПОМНАЦБЕС. Не перебивайте! Вам потом объяснят.

АДМИРАЛ РЫК. Врагоугодники и отчизнопродавцы обезврежены!

1-Й ЖУРНАЛИСТ. Расстреляны, как собаки!?

ПОМНАЦБЕС. Я не давал слово! Всегда «Московские новости» торопятся.

АДМИРАЛ РЫК. Нет. Мы проявили гуманность. Вместо положенной смертной казни преступники надежно изолированы в специальных садово-огородных поселках. Всем выданы семена, дрова и армейский паек на неделю.

            Взрыв подобострастного хохота. 2-й ЖУРНАЛИСТ поднимает руку.

2-Й ЖУРНАЛИСТ. Товарищ Избавитель Отечества!

АДМИРАЛ РЫК. Минуточку! Хочу с вами посоветоваться. Надо бы, по-моему, отбросить слабости капитализма и социализма, объединив их сильные стороны. Поэтому приказываю: с сегодняшнего дня никаких «господ» и никаких «товарищей». «Го-спо-да-ри-щи»! Такое обращение соответствует особому пути, которым отныне грядет спасенная Россия! Согласны? Спасибо за поддержку!

Одобрительный шум.. 2-й ЖУРНАЛИСТ снова поднимает руку.

ПОМНАЦБЕС. Пожалуйста! Журнал «Огонек».

2-Й ЖУРНАЛИСТ. Многоуважаемый господарищ адмирал, чем вызвана такая странная снисходительность к этим выродкам и агентам влияния?

АДМИРАЛ РЫК. Хороший вопрос! Вижу, «Огонек» перестал гореть желтым пламенем! (Смех в зале). Мы посоветовались и сочли возможным сохранить им жизнь, чтобы они своими глазами увидели возрожденную Державу. Это для них будет самым большим наказанием!

Аплодисменты. 3-й ЖУРНАЛИСТ поднимает руку.

ПОМНАЦБЕС. Газета «Правда».

3-Й ЖУРНАЛИСТ. Господарищ гвардии адмирал, стало известно, что эти предатели Родины будут жить в собственных домиках и даже получат шесть соток для огородничества! И это в то время, когда честные труженики…

АДМИРАЛ РЫК. Отставить! Вопрос понят. По мне для них и двух квадратов достаточно, но мы решили: пусть в земле покопаются, пусть хрен с редькой научатся выращивать! (Смех, одобрение) Пусть поживут, как простой народ жить заставляли! (Аплодисменты). Земля и не таких засранцев исправляла!

                4-й ЖУРНАЛИСТ поднимает руку.

ПОМНАЦБЕС (тихо, наклоняясь к Рыку) Иван Петрович, «БИ-БИ-СИ».

АДМИРАЛ РЫК. Знамо дело, тут как тут. На мондиалистском посту!

4-Й ЖУРНАЛИСТ. Мистер адмирал, каким образом вы станете обходиться с родственниками узников?

АДМИРАЛ РЫК. Изолянтов. Близким родственникам мы разрешим жить вместе с ними.

4-Й ЖУРНАЛИСТ. Как их много?

АДМИРАЛ РЫК. Мало. Пока к нам обратились всего несколько жен и дочь одного изолянта. Остальные родственники от них отказались.

4-Й ЖУРНАЛИСТ. О, тем более, это будут новые декабристки!

                  Возмущение в зале.

АДМИРАЛ РЫК. В Сибирь… (Охрана хватает британца и тащит из зала, но адмирал движением руки возвращает его на место) …в Сибирь за этими либерастами никто не пойдет. И не надейтесь!

Аплодисменты. 1-й ЖУРНАЛИСТ тянет руку. Помнацбес кивает.

1-Й ЖУРНАЛИСТ. Господарищ адмирал флота, антироссийские СМИ кричат о якобы массовом строительстве спецпоселений, чуть ли не о возрождении ГУЛАГа. Что вы скажете по поводу этой откровенной клеветы?

АДМИРАЛ РЫК. Врут и не краснеют. Построено всего два объекта…

ПОСНАЦБЕС. Демгородка…

АДМИРАЛ РЫК. Да, два демгородка… Славное название. Кто придумал?

ПОМНАЦБЕС (тихо) Вы. Вчера. За ужином.

АДМИРАЛ РЫК. Молодец Николай Николаевич, что запомнил! Значит, каждый демгородок примерно на тысячу посадочных мест. Узок круг этих негодяев. А теперь уже и страшно далеки они от народа. (Смех) Шутка…

2-й ЖУРНАЛИСТ. А бывшие президенты? Где они будут отбывать заслуженное наказание? Или на них помилование не распространяется?

АДМИРАЛ РЫК. Распространяется. Экс-президенты будут огородничать вместе со своими подручными! (Смех, одобрительные аплодисменты.)

2-И ЖУРНАЛИСТ. Гениально! Разрешите назвать статью «Президенты-огородники»!

АДМИРАЛ РЫК. Отставить! Никаких президентов, министров и прочего. Они теперь изолянты! Охрана обращается к ним и родственникам только по номерам.   Николай Николаевич, как это там у нас?

ПОМНАЦБЕС. Если номер изолянта, скажем, 55, то, к примеру: жена будет № 55-А… Соответственно, дочь № 55-Б, сын - №55-Г. И так далее. Все изолянты одеты в джинсовую форму, пошитую для дворников на период Московских Олимпийских игр…

3-Й ЖУРНАЛИСТ. Значит, свершилось?!

АДМИРАЛ РЫК. Да, господарищи, Олимпийский комитет поддержал. Куда ему деваться-то… Не хотел говорить, да уж ладно: что с вами, журналистами поделаешь! (подмигивает Помнацбесу)

З-Й ЖУРНАЛИСТ. И эмблема уже есть?

АДМИРАЛ РЫК. А как же! Двуглавый орел, конечно. Птица держит в когтях пять колец. От прежнего, устаревшего, наш орел отличается тем, что головы его смотрят не в разные стороны, а друг на друга. С явной симпатией.

З-Й КОРРСПОНДЕНТ. А нельзя, чтобы он держал еще и серп с молотом?

АДМИРАЛ РЫК. Неплохая мысль! Подумаем, с народом посоветуемся…

4-Й ЖУРНАЛИСТ. Мистер адмирал, а как в демгородках с удобствами?

АДМИРАЛ РЫК (Помнацбесу, тихо) Вот тебе, якорь в печень, успели -нажаловались! (державно) Запомните и передайте западному общественному мнению! Вместо уличных скворечников я приказал, учитывая наш нордический климат, оборудовать вполне общечеловеческие сортиры. Не волнуйтесь, обиходим этих дерьмократов на европейском уровне…

        Аплодисменты.

ПОМНАЦБЕС. Господарищи, ваше время истекло.

4-Й ЖУРНАЛИСТ. Последний вопрос!

ПОМНАЦБЕС. Ох, уж эти бибисята! Не отвяжешься. Давайте!

4-Й ЖУРНАЛИСТ. Что есть «благоворот»?

АДМИРАЛ РЫК. Это переворот, совершенный ради народного блага!

                 

                                  СЦЕНА 2. ДЕМГОРОДОК.

Шум пресс-конференции заглушается ревом ассенизационной машины.

Мишка Курылев стоит лицом к стене. Сержант спецнацгвардейцев Ренат Хузин, вооруженный АКМом, тщательно обшаривает Мишку.

МИШКА. Ну, ты достал!

РЕНАТ. Согласно приказу коменданта!

МИШКА. А что ищете?

РЕНАТ. Национальную идею. (Принюхиваясь к цистерне) Ну, и духмяное дерьмо у врагоугодников!

МИШКА. Это добро у всех одинаковое!

      Хузин проверяет Мишкины документы. Обнаруживает фотографию.

РЕНАТ. Это ты что ли?

МИШКА. Я. В военном училище. На выпускном вечере.

РЕНАТ. А кто сия Дульцинея рядом?

МИШКА. Какая еще Дульцинея? Это девчонка из моей деревни. Я с ней ходил.

РЕНАТ. Ходил! Эх, ты, а еще подпоручик! (вглядываясь в фотографию) Экземпляр! Из тех, что дают себя попробовать, как соленый огурчик на рынке. А потом – ни-ни. Выжидают…

МИШКА. Точно! Слушай, говорят, ты в Спецнацгвардию с психического факультета пошел?

РЕНАТ. Врут сволочи! Добровольцем в дивизию «Россомон» я ушел с филологического факультета. Понял? Забирай! (отдает документы)

МИШКА. Цистерну смотреть будешь? Можешь нырнуть согласно приказа…

РЕНАТ. Я тебе верю. Ты же офицер?

МИШКА. Был…

РЕНАТ. За что же тебя из армии-то поперли, дерьмодобытчик?

МИШКА. Да так… Комполка к своей жене приревновал…

РЕНАТ. А разве за это увольняют?

МИШКА. Теперь увольняют. Есть закрытый приказ Избавителя Отечества.

РЕНАТ. Ну-да, Галина-то его, говорят, в молодости тоже погуливала…

МИШКА. Эту клевету распространяют мандалистские…

РЕНАТ (хлопает по плечу) Мондиалистские… Правильный ты, дерьмовоз, парень! Даже противно! Давай, работай, солнце еще высоко!

Ренат уходит. Мишка тянет гофрированную кишку. Появляется № 186.

№ 186. Разрешите представиться - изолянт № 186!

МИШКА. Здравствуйте, № 186.

№ 186. Хорошая сегодня погодка, не так ли?

МИШКА. Нормальная… (зачавкала кишка) Процесс пошел…

№ 186. Скажите, господин... э-э-э…

МИШКА. Господарищ.

№ 186. Да, конечно же, господарищ… э-э-э…

МИШКА. Оператор ассенизационного агрегата.

№186. Скажите, господарищ оператор ассенизационного агрегата, это правда, что Котю Эрнстова застрелили в Нью-Йорке?

МИШКА. По официальной версии, бывший шеф вашего антиобщественного телевидения погиб при невыясненных обстоятельствах. И так будет со всеми, кто пытается скрыться от народного гнева.

№ 186. Ах, Котя, Котя…

МИШКА. Хотя, если честно, его искрошили автоматными очередями прямо в супермаркете, в рыбной секции, несмотря на фальшивый паспорт и накладную бороду. Устриц пришел покупать, гнида эфирная…

№ 186. А ведь я его предупреждал! «Не достанут, не достанут… За деньги можно спрятаться…» Достали… Не помогли деньги-то!

МИШКА. Возмездие неотвратимо, № 186!

№ 186. Конечно! Отчизнопродавцев надо карать беспощадно. Но есть люди, пострадавшие совершенно ошибочно…

МИШКА. Это кто же, например?

№186 (скорбно) В частности, я…

МИШКА. Вы!? Нам, горажданин Кознер, на политзанятиях рассказывали, как ваша телепрограмма «Времена и нравы» «подрывала основы и злостно сионизировала эфир»!

№ 186 (изумленно) И сионизировала? (вздохнув) Да, это правда. Но не злостно, нет, не злостно, а по легкомыслию…

МИШКА. Ну, разве что по легкомыслию.

№186. Извините, господарищ оператор ассенизационного агрегата, а что вы думаете об амнистии? Ходят слухи…

МИШКА. О че-ем?

№ 186. Об ам… амнистии… Ведь И.О. – великодушная личность…

МИШКА. Не понял! Что это еще за И.О.?

№ 186. Я хотел сказать, Избавитель Отечества великодушный…

МИШКА. Еще какой! А то бы вы давно червей сионизировали!

№ 186. Ну, зачем же так?

МИШКА. Ладно! Некогда мне тут с вами На Бродвей надо ехать, там засор.

                   Мишка убирает кишку. №186 подобострастно помогает.

            СЦЕНА 3. КРЕМЛЬ. КАБИНЕТ АДМИРАЛА.

На стене   герб: орел с подружившимися головами. В лапах серп и молот.

АДМИРАЛ РЫК. …И вот еще что: с развратом и голыми задницами на телевидении надо заканчивать!

ПОМНАЦБЕС. Закончили, Иван Петрович. Виновных провели по улице имени Проханова от Кремля до Белорусского вокзала. Женщин - обнаженными до пояса, а мужчин голыми - по пояс.

АДМИРАЛ РЫК. Славно. А как там Чечня? Замирилась?

ПОМНАЦБЕС. Не до конца.

АДМИРАЛ РЫК. Ты, Николай Николаевич, подготовь-ка за моей подписью приказик, разрешающий чеченцам, даже детям, носить генеральские погоны и автоматы Калашникова в качестве этнографического украшения. Сразу утихнут. Я эту горную породу знаю. У меня два чечена на лодки служили. А как идет денежная реформа?

ПОМНАЦБЕС. Народ восторженно меняет антинародные рубли на субмаринки с вашим портретом!

АДМИРАЛ РЫК. Славно! Чем тверже валюта – тем счастливее народ! А что там со стабилизационным фондом? Весь у америкосов забрали?

ПОМНАЦБЕС. Весь. Но один кусочек никак найти не можем. Зарыли, гады!

АДМИРАЛ РЫК. Большой кусочек? (Помнацбес шепчет на ухо) Ого, якорь им в печень! Кто зарыл? Найти!

ПОМНАЦБЕС. Нашли! Бывший вице-премьер.

АДМИРАЛ РЫК. Наказать!

ПОМНАЦБЕС. Наказали. Отправлен в Демгородк. Изолянт № 55.

АДМИРАЛ РЫК. А-а… Это тот, к которому дочка из Англии припорхала? Говорят, ничего девчонка?

ПОМНАЦБЕС. Так себе. Но есть у меня одна задумочка. Хитренькая! Хотим операцию провернуть под кодовым названием «Принцесса и свинопас».

АДМИРАЛ. Действуй! Народные деньги должны лежать в Центробанке, а не на Уолл-стрит. Ясно?

ПОМНАЦБЕС. Вернем, Иван Петрович!

АДМИРАЛ РЫК. А что вообще в народе? Какие настроения?

ПОМНАЦБЕС. Народ сдержанно ликует. Живо обсуждают снижение цен и вашу… творческую дружбу с певицей Клавдией Кокошниковой…

В световом луче появляется Кокошникова в сарафане и поет:

                    Где ж ты, милый адмирал,

                    На подводной лодочке?

                    Без твой подзорной трубки

                    Скучно мне, молодочке!

АДМИРАЛ РЫК (поигрывая подзорной трубкой) Нехорошо это. Не славно!

ПОМНАЦБЕС. Нормально. Все же понимают: вы свою жену Галину и сына-нахимовца никогда не бросите!

В световом луче появляется Галина,

ГАЛИНА. Я тебе брошу!

АДМИРАЛ РЫК. Да пошла ты! (спохватившись) Это точно. Семья – непотопляемая авиаматка человечества.

ПОМНАЦБЕС. Как сказали! (записывает) Завтра растяжки по всей Москве развесим и в Интернете на вашем сайте… Авиаматка. Гениально!

АДМИРАЛ РЫК. Не надо культа! По всей Москве не стоит. Достаточно - центральных улиц и сайта. А что еще говорят? Чего народ хочет?

ПОМНАЦБЕС. Царя, Иван Петрович!

АДМИРАЛ РЫК. Царя? Где ж я им царя-то возьму?

ПОМНАЦБЕС. Есть у меня одна задумочка. Хитренькая.

                          СЦЕНА 4. ДЕМГОРОДОК.

Шум заполненного кинозала. Перед экраном стоит подъесаул Юрятин с ногайкой.

ЮРЯТИН. Тихо! Не в Думе и не на Привозе! Слушайте приказ Избавителя Отечества! (читает) «Отныне каждую субботу изолянты обязаны смотреть жесткую порно-кинопродукцию, чтобы на себе испытать тот демразврат, в который они пытались ввергнуть Россию!» Вопросы есть? (молчание) Курылев!

МИШКА. Я!

ЮРЯТИН. Мне доложили, ты до армии кинокрутом на селе работал?

МИШКА. Так точно, господарищ подъесаул!

ЮРЯТИН. Принимай хозяйство! А за совместительство набросим тебе двадцать субмаринок. Хотя какое тут совместительство? И там дерьмо, и тут дерьмо! Для начала поставь им про вампиров-извращенцев! Наше кино!

МИШКА. Слушаюсь, господарищ подъесаул!

ЮРЯТИН (изолянтам) Если кто самовольно покинет зал, выпорю и картошку окучивать пошлю!   Хузин!

РЕНАТ. Я!

ЮРЯТИН. Следи за дисциплиной!

РЕНАТ. Есть!

Стрекот киноленты. Звуки дикого совокупления. Из зала выбегает Лена.

МИШКА. 55-Б, отставить! Вернитесь в зал!

ЕЛЕНА. Я больше не могу. Это отвратительно! Меня тошнит. У папы от этого сердечные спазмы.

МИШКА. Раньше надо было думать, когда народ гноили порнографией!

ЕЛЕНА. Мы не гноили, мы хотели как лучше…

МИШКА. Ага, как для вас лучше!

ЕЛЕНА: Это неправда!

МИШКА. Правда. А кто вам, 55-Б, вообще-то разрешил выйти из зала?

ЕЛЕНА. Никто…

МИШКА. Вернитесь! И чтоб в последний раз!

Елена медленно, держась за стену, доходит до двери и пропадает в сладострастно чмокающей темноте. Из зала появляется Ренат.

МИШКА. Это ты ей разрешил выйти?

РЕНАТ. Я.

МИШКА. В дисбат захотел?

РЕНАТ. Строгий ты парень, кинокрут! Девушек надо жалеть!

МИШКА. Она не девушка, а изолянтка…

РЕНАТ. Послушай, Курылев, ты действительно такой верноподданный или придуриваешься?

МИШКА. Я вольнонаемный. И если мне придется выбирать между жалостью и жалованьем, я думать не стану!

РЕНАТ. Ладно уж… Пусть эта 55-Б у тебя наверху, в кинобудке посидит. Жалко девчонку!

МИШКА. А я потом где сидеть буду?

РЕНАТ. Кому ты нужен? Не дрейфь! Тебя в будке никто и не видит. Я больше рискую. Хочешь, пару пачек сигарет подброшу?

МИШКА. Царьградских?

РЕНАТ. Царьградских с фильтром.

МИШКА. А если Юрятин сюда поднимется?

РЕНАТ. Пока он со своим брюхом по лестнице вскарабкается, ты успеешь с девушкой подружиться. Как с женой своего полкового командира…

МИШКА. Иди ты! Вранье это все!

РЕНАТ. Я пошутил. Не злись, дерьмовоз, жизнь прекрасно! Может, у вас что-нибудь с ней и сладится! Девчонка-то веселая. Из Кембриджа…

МИШКА. Из Кембриджа? Ну, ладно, тогда пусть приходит.

РЕНАТ. Молодец! Смелый умирает один раз!

         Ренат скрылся и через минуту вернулся с Еленой .

РЕНАТ. Вот, леди, ваш сероглазый король! Он спрячет вас в своем замке. А я, как верный вассал, буду охранять ваш покой от драконов.

ЕЛЕНА. Спасибо, Ренат… Вы хороший… человек…

РЕНАТ. Служу возрожденной России! (уходит)

Мишка ведет девушку в кинобудку, усаживает на диванчик, который, можно разложить в двуспальную кровать. Потом достает электрический чайник.

МИШКА. Чай будешь?

ЕЛЕНА. Буду. Спасибо вам…

         Из зала доносятся настолько разнузданные звуки, что страшно даже думать о ситуации, в которой они издаются.

МИШКА. Звать-то как?

ЕЛЕНА. №55-Б…

МИШКА. Ну, это ясно… А на самом деле?

ЕЛЕНА. Лена…

МИШКА. Миша…

ЕЛЕНА. Я знаю… Мне Ренат сказал… (Елена протянула руку)

МИШКА. Холодные… пальцы…

ЕЛЕНА. Англичане говорят: холодные, как огурец!

МИШКА. А у нас говорят: руки холодные, зато сердце горячее.

ЕЛЕНА. Может быть, и так… Только теперь это ни к чему…

МИШКА (разливая чай по кружкам) А тебя сюда никто на аркане не тянул.

ЕЛЕНА. У папы сердце. И спазмы мозговых сосудов…

МИШКА. На черта же он с такими мозгами в вице-премьеры поперся?

ЕЛЕНА. Он хотел как лучше…

МИШКА (протягивая кружку) Уже слышали.

ЕЛЕНА. Я ведь не знала. Я в Англии жила. В Кембридже училась…

МИШКА. Понятно: Новосибирский университет далеко! Кембридж ближе!

ЕЛЕНА. Я там писала диссертацию об Уайльде!

МИШКА. Ну, ясное дело: Проханов для вас не фигура! Вас только голубые иностранцы интересуют!

ЕЛЕНА. Почему вы так со мной разговариваете?

МИШКА. А как мне с тобой разговаривать?

ЕЛЕНА. Как с человеком! Я человек! Вы забыли?

МИШКА. А ты со своим папашей вспоминала, что я тоже человек? И как человеку жить, если лейтенантской зарплаты на неделю хватало, а потом хоть сапоги жри?! О чем думали, когда страну, как мацу, на куски ломали?!

ЕЛЕНА. Спасибо за чай.

МИШКА. Допей!

ЕЛЕНА. Не хочу!

МИШКА. Ну, понятно: это же не ваш «Липтон», а всего-навсего «Цветок российской Аджарии!»

ЕЛЕНА. Нет, не поэтому.

МИШКА. А почему?

ЕЛЕНА. Он горячий.

Мишка пожал плечами, наклонился и подул в кружку, но не рассчитал: несколько чаинок вместе с кипятком попали ему в глаз.

МИШКА. Ух, е-е-елки-мота-алки!

ЕЛЕНА. Что с вами?

МИШКА. У-у-ю… Глаз! Больно!

ЕЛЕНА. Подождите. Дайте, я посмотрю. Я осторожно…

Елена достала из рукава платочек, осторожно осмотрела возможные повреждения, потом легко смахнула чаинки с зажмуренного Мишкиного глаза.

ЕЛЕНА. По-моему, ничего страшного. Можете открыть глаз!

МИШКА. Боюсь!

ЕЛЕНА. Не бойтесь!

МИШКА (воскликнув) Свет! Вижу свет!

ЕЛЕНА. Вы мне нарочно разрешили прийти сюда, чтобы поиздеваться?

МИШКА. Нет, не для этого. Жалко мне тебя – вот для чего… Рехнешься ты здесь со своим папашей!

ЕЛЕНА. Я знала, на что шла!

МИШКА. Знала?

ЕЛЕНА. Да!

МИШКА. Да-а?

ЕЛЕНА. Нет, не знала… ( заплакала).

МИШКА. Ну ладно, ладно! (обнимает, вздыхает) Юрятин узнает – убьет…

СЦЕНА 5. КРЕМЛЬ. КАБИНЕТ АДМИРАЛА.

ПОМНАЦБЕС. …В ходе следствия по делу пособников антинародного режима, установлено, что большинство арестованных имеют довольно крупные счета в западных банках. Жалко оправдываясь, они уверяют, будто это гонорары за книги, опубликованные за рубежом, а также за лекции, читанные там же. Хэ, двадцать миллионов за книгу. Писатели!

АДМИРАЛ РЫК. Надо бы вернуть народу.

ПОМНАЦБЕС. Выбьем!

АДМИРАЛ РЫК. Нет! Только лаской! Иначе народ не поймет! Да и Европа, якорь ей в печень, по гаагским трибуналам затаскает! Сделаем так! Откроем в Демгородке валютный магазинчик!

ПОМНАЦБЕС. Какой магазинчик? Зачем?

АДМИРАЛ РЫК. А вот – зачем! За каждую сданную тысячу долларов изолянт будет получать на руки доллар…

ПОМНАЦБЕС. Лучше - бумажный талончик с печатью…

АДМИРАЛ РЫК. А хоть и талончик. Магазинчик назовем «Осинкой»…

ПОМННАЦБЕС. «Осинкой»! Ну, держись, иудино племя!

АДМИРАЛ РЫК. Каждый изолянт сможет приобретать любые товары по ценам в пять раз дороже европейских. А теперь посчитай!

ПОМНАЦБЕС. Гениально, господарищ Избавитель Отечества! Гениально!

АДМИРАЛ РЫК. Что у нас еще?

ПОМНАЦБЕС. Все то же, Иван Петрович. Решайтесь!

АДМИРАЛ РЫК. Николай Николаевич, ну, какой из меня самодержец?

ПОМНАЦБЕС. Народ просит.

АМИРАЛ РЫК. Точно?

ПОМНАЦБЕС. Вот исследование Геллопа! (дает листки)

АДМИРАЛ РЫК. Да, действительно… А легитимность чем мотивируем?

ПОМНАЦБЕС. Элементарно. Организуем всенародные выборы монарха. Харизмы у вас по самое некуда, а генеалогическое древо мы вам отрастим.

АДМИРАЛ РЫК. Не годится. Выборы для России хуже войны! Опять народ разбалуем...

ПОМНАЦБЕС. А если законный брак с домом Романовых? Вот фотографии.

. В луче света появляется певица Кокошникова:

КОКОШНИКОВА (поет):

                    Милый мой решил жениться

                    Числа двадцать пятого,

                    Забежал ко мне проститься -

                    Я женилку спрятала!

АДМИРАЛ РЫК. Вот баба! Огонь!

В луче света появляется Галина.

ГАЛИНА. Сын вырастет - все ему расскажу, кобель!

АДМИРАЛ РЫК. Ладно, чья бы мычала!.

Обе женщины исчезают. Адмирал рассматривает снимки, возвращает.

АДМИРАЛ РЫК. Ну и рожи! Покраше-то бы нашел?

ПОМНАЦБЕС. Проблема. Выродились. Это раньше: чем знатнее, тем статнее! Теперь – наоборот…

АДМИРАЛ РЫК. Тогда лучше в монахи, чем в монархи…

                             СЦЕНА 6. ДЕМГОРОДОК.

У цветной карты-схемы Демгородка с указкой подполковник Юрятин. Перед ним несколько журналистов.

ЮРЯТИН. Взглянув на схему, вы легко убедитесь, что Демгородок похож на обычный садово-огородный поселок, но с одной особинкой: по периметру он окружен бетонным заборчиком, колючей проволочкой и контрольно-следовой полосочкой, а по углам установлены сторожевые вышечки, стилизованные под дачные теремочки. На каждых шести сотках стоит типовое строеньице с верандочкой. Все домики выкрашены в веселенький желтенький цвет и отличаются друг от друга лишь номерочками. Через весь Демгородок проходит асфальтированная дорожечка, которую изолянтики с ностальгическим юмором именуют «Бродвеем». А вот здесь у нас кинозальчик и валютный магазинчик «Осинка»…

1-Й ЖУРНАЛИСТ. Как магазинчик? Этим врагоугодникам еще и магазин? Читатели «Московских новостей» не поймут!

ЮРЯТИН. А вы объясните: Избавитель Отечества, как и положено отцу нации, строго наказывает отчизнопродавцев – но не мстит. Есть деньги – покупай. Не в город же их под конвоем в магазины возить!

2-Й ЖУРНАЛИСТ. Сколько отсюда до ближайшего города?

ЮРЯТИН. Тридцать один километрик…

3-Й ЖУРНАЛИСТ. Далековато… А как называется это место?

ЮРЯТИН. Змеиное болото. Здесь раньше на каждой кочке лежало по гадючке. Теперь тоже!

                                 Общий хохот

4-Й ЖУРНАЛИСТ (с акцентом) Западный читатель стремится знать, как вы охраняете здоровье заключенных?

ЮРЯТИН. Изолянтов. Для здоровья у нас есть фельдшерский пунктик. (Сурово) Медицинское обслуживание не хуже того, с помощью которого эти дерьмокрады подрывали здоровье российского народа!

      Аплодисменты.

4-Й ЖУРНАЛИСТ.   Есть ли уже летательные исходы?

ЮРЯТИН. В основном самоубийства на почве позднего раскаянья…

3-Й ЖУРНАЛИСТ. Тела отдают родственникам?

ЮРЯТИН. Увы, родственнички от них отказались. Возим трупики в городской крематорий, а урночки хороним под номерочками рядом с прудиком. А в прудике у нас рыбка – карасики. Их-то вы сейчас и отведаете. Под водочку!

4-Й ЖУРНАЛИСТ. Последний вопрос! Если заключенная… сори… изолянтка сделает себе ребенка… Что будет?

ЮРЯТИН. Исключено. Строгий контроль и хирургическое вмешательство. Наука доказала, что нездоровые демократические наклонности передаются по наследству. Нам этого не надо. Ну что мы все о грустненьком? Прошу! Какая же пресс-конференция без фуршетика!

    Смех, аплодисменты, переходящие в рев ассенизационной машины.

                                   СЦЕНА 7. ДЕМГОРОДОК.

      Мишка стоит перед Леной с ведром. Урчит мотор машины…

МИШКА. Извините, № 55-Б, можно я наберу воды? Мотор перегрелся…

ЛЕНА (пожав плечами) На кухню проходите! Только вода ржавая...

МИШКА. Мне без разницы. Где отец-то?

ЛЕНА. На пруду, рыбу ловит.

МИШКА. А он не вернется?

ЛЕНА. Нет, я сказала, что приду полоскать белье. Он будет ждать.

МИШКА. Послушай, а он знает про меня?

ЛЕНА. Конечно.

МИШКА. Ну и что он говорит?

ЛЕНА. Не переживай! Он понимает… (засмеялась и обняла Мишку).

МИШКА (вздохнул, поставил ведро) Пахну я, наверное, черт-те чем?

ЛЕНА. Дурачок ты! (потерлась щекой о его спецовку) Я так соскучилась!

МИШКА. Я тоже…

ЛЕНА. Ми-ишка, пойдем в спальню!

МИШКА. Нельзя – могут подкрасться. Ты пойми!

ЛЕНА. Ну, пожалуйста!

МИШКА. Нельзя, Леночка! Мне тоже хочется по-людски, но нельзя!

ЛЕНА. Я понимаю… (Сняв с себя все) Похожа я на боттичеллевскую Венеру?

МИШКА. Есть немного… Но у тебя фигура лучше! Тебе сегодня можно?

ЛЕНА (шепотом) Конечно, можно! Не думай об этом… Боже мой, Ми-ишка!

МИШКА: Тише! (закрыл ей рот ладонью) Только тише!…

Затемнение. Музыка нарастающая, как болеро Равеля. Затем снова свет.

ЛЕНА. Боже, это так прекрасно! Будто на небесных качелях!     

МИШКА. Ну, я пошел!

ЛЕНА. Погоди! Останься. Немножко…

МИШКА. Нет! Нужно быть осторожными!   Если застукают…

ЛЕНА. Я знаю… Еще две минуточки!

МИШКА. Нет. И давай условимся: на людях мы не разговариваем.

ЛЕНА. А вдруг что-то срочное?

МИШКА. Запоминай! Если ты сняла косынку и повязала ее, как пионерский галстук, значит, случилось что-то серьезное. Нужно срочно встретиться!

ЛЕНА. Ты настоящий конспиратор! (повторяет жест) А как у нас будет, я тебя люблю!

МИШКА. Что? А-а… Вот так! (прикладывает правую ладонь к сердцу)

ЛЕНА. Замечательно! (повторяет жест) Тогда скажи, что означает вот это?     Лена прикладывает правую ладонь к сердцу, а потом накрывает ее левой ладонью. Мишка недоумевает.

ЛЕНА. Не догадываешься?

МИШКА. Нет.

ЛЕНА. Эх, ты! Это означает: я тебя очень, очень, очень люблю!

Мишка отшвыривает ведро и обнимает Лену. Затемнение. Нарастающая музыка. Свет. Мишка, радостно озираясь, выходит от Лены и сталкивается с Ренатом..

РЕНАТ. Здорово, Казанова! Я тебя искал.

МИШКА. Привет! А я… за водой ходил.

РЕНАТ (тихо, но зло) За водой? (заглядывает в пустое ведро) Если ты решил стать настоящим конспиратором, тогда хоть не светись, как медаль «За взятие Риги»! (поморщился) Давай заказ!

Мишка протянул ему конвертик, а взамен получил довольно внушительный сверток. Мишка разворачивает бумагу: там колбаса и сигареты. Ренат вынимает из конверта обрезки пленки, смотрит на свет.

МИШКА. Ух, ты, «Царьградские»! А правда, что их в Стамбуле набивают?

РЕНАТ. Ага! И набитые дураки этому верят. (разглядывая кадрики) Ого! Это из какого фильма?

МИШКА. «В постели с гориллой».

РЕНАТ. В следующий раз принесешь из этого мультика… «Алиса в Заоргазмье». Мои озабоченные гвардейцы очень просили! Надо как-то ребятам оттягиваться. А Избавитель Отечества видеомагнитофоны запретил.

МИШКА. И правильно. От видаков вся зараза. А ты в следующий раз колбаски побольше! Вам же в спецпайках много дают…

РЕНАТ. Жрать вредно!

МИШКА. Я не себе…

РЕНАТ. Ах, ты ее еще и подкармливаешь, мать Тереза! Строго карается!

МИШКА. Знаю. Жалко мне ее… Донесёшь?

РЕНАТ. Обязательно! Донесу. Еще колбаски. Корми Леночку получше! Я люблю пышных женщин.

                 СЦЕНА 8. КРАСНАЯ ПЛОЩАДЬ.

Всенародная демонстрация любви и благодарности Избавителю Отечества. Многоголосое – «Ура!!!» Захлебывающийся голос Диктора…

ДИКТОР. Ликующий народ приветствует своего Избавителя! Впервые глава государства стоит не на каком-нибудь Мавзолее, а на капитанском мостике исторической субмарины, установленной теперь на Красной площади. Наш Адмирал на боевом посту! Ура!

Звучит мощное «Ура!». Высвечивается Адмирал Рык в праздничном мундире на капитанском мостике субмарины.

АДМИРАЛ РЫК. Господарищи! Я подписал приказ «О тщательной проверке происхождения имущества и банковских вкладов». Все, что куплено не на зарплату, будет возвращено народу! Верни украденное и спи спокойно!

      Громогласное «Ура!».

ДИКТОР: Слава Избавителю! Это новый, решительный шаг к социальной справедливости после национализации «Норильского никеля», клуба «Челси» и яиц «Фаберже». Продолжается процесс укрепления народоправия. Несмотря на клевету злопыхателей, не запрещена ни одна из четырехсот двух политических партий. Они просто самораспустились. Народу, у которого соборность в крови, партии не нужны!

      Улюлюканье и хохот. Торжественный марш.

АДМИРАЛ РЫК. Господарищи! Благодарю за единодушную поддержку! Намедни комиссия по расследованию преступлений против народа положила на мой стол стовосьмидесятисемитомный отчет. Особенно потряс меня тот факт, что за годы демсмуты количество проституток в стране возросло в 8 раз, гомосексуалистов – в 17, а скотоложцев – в 114! Я всегда подозревал, что демократия – это разновидность полового извращения!

      Марш. Одобрительные крики демонстрантов.

                                   СЦЕНА 9. ДЕМГОРОДОК.

Кинобудка. Очередной порносеанс. Звуки фильма причудливо пересекаются с происходящим между Мишкой и Леной…

ЛЕНА. У тебя было такое удивленное и смешное лицо…

МИШКА. Когда?

ЛЕНА. Ну, тогда… В первый раз, когда ты понял, что по-настоящему у меня никого до тебя еще не было.

МИШКА. Чудно! Ты же с Кембриджа…

ЛЕНА. ( прижимаясь к его груди) При чем тут Кембридж, глупенький, если ты ждешь своего единственного мужчину?

МИШКА. Единственного?

ЛЕНА. Да! Знаешь, я поняла! Сегодня, сейчас! Половой инстинкт – чепуха!

МИШКА. Так уж и чепуха!

ЛЕНА. Чепуха! Господь придумал кое-что похитрее: в объятиях любимого   ты хоть мгновение, хоть долю секунды чувствуешь себя бессмертным, вечным, неуничтожимым. И ради этого готов на все! А ты готов ради меня на все?

МИШКА. Готов!

ЛЕНА. Ми-ишка, я больше не могу здесь! Я хочу в Англию!

МИШКА. Хотеть не вредно.

ЛЕНА. Ми-шка, ты мне поможешь?

МИШКА. Расскажи лучше про Англию!

ЛЕНА. Там красиво! Везде лужайки. А зимой цветут розы!

МИШКА. Это, наверное, из-за Гольфстрима.

ЛЕНА. Это из-за того, что там живут нормальные люди!

МИШКА. А мы ненормальные?

ЛЕНА (пожимает плечами) Знаешь, меня там постоянно принимали за леди! Один профессор-лингвист долго ко мне приглядывался и сознался, что никак не может определить по произношению, из какого я графства. Когда он узнал, что я из России, то просто обалдел!.. Представляешь?

МИШКА (кивая) Представляю.

ЛЕНА. А однажды меня пригласили на заседание Уайльдовского научного общества. После докладов за ужином в готическом зале при свечах лорд Уиндерфильд сказал, что восхищен моим знанием Уайльда, но полагает, по-настоящему этого писателя может понять лишь тот, кто вкусил несвободу. А я ответила, есть русская поговорка: «От сумы и от тюрьмы не зарекайся». Даже пошутила, что ради Уайльда готова посидеть на нарах. Он тоже засмеялся и предложил мне рекомендательное письмо своему другу, начальнику Ливерпульской тюрьмы…

МИШКА. Значит, ты из-за Уайльда в Демгородок приехала?

ЛЕНА. Ну почему тебе так нравится меня обижать? Я же не спрашиваю, почему ты здесь служишь!

МИШКА. А потому, что очень кушать хочется! Потому что из армии выгнали. Потому что у меня в избе на стенке висят «Мишки» за три рубля, а не настоящие прерафаэлиты!

ЛЕНА. Ты даже это знаешь?

МИШКА (растерянно) Информируют, чтобы понимали, кого стережем…

ЛЕНА. Послушай, я тебя давно хотела спросить… Откуда ты знаешь, что Уайльд… ну-у… интересовался мужчинами?

МИШКА. В какой-то книжке читал. Противно!

ЛЕНА. Почему? В конце концов, каждый человек сам имеет право решать, кого ему любить и как! И потом окончательно это не доказано…

МИШКА. Когда доказано, во Львов отправляют…

ЛЕНА. Почему во Львов?

МИШКА. Потому: эти западненцы дольше всех сопротивлялись ВОВУРу…

ЛЕНА. Кому-кому?

МИШКА. Эх, ты, уайльдовка необразованная! Не кому, а чему! Знать надо: ВОВУР – это второе окончательное воссоединение Украины и России. Ну, адмирал их и наказал: теперь всех извращенцев ссылают во Львов. Говорят, там вечером на улицу выйти страшно… (осторожно погладил Лену по руке)

ЛЕНА. Не знала… Я смешная, да?

МИШКА. Ну что ты!

ЛЕНА. Хочешь, я почитаю тебе стихи?

МИШКА. Вообще-то, парни девчонкам читают стихи. Для обольщения.

ЛЕНА. Значит, я самообольщаюсь.

МИШКА. Читай!

ЛЕНА.        Любимых убивают все –

               За радость и позор,

               За слишком сильную любовь,

               За равнодушный взор,

               Все убивают, но не всем

               Выносят приговор…

МИШКА. Это что?

ЛЕНА. Не что, а кто. Это - Уайльд. «Баллада Рэдингской тюрьмы».

МИШКА. А-а-а… Не читал…

ЛЕНА. Не важно! Ты очень красивый. У тебя необыкновенное тело. Ты похож на античного полубога!

МИШКА. Почему полубога?

ЛЕНА. Потому что боги нисходили к возлюбленным в виде золотого дождя или белоснежного лебедя, а потом навсегда исчезали, оставив им ребенка. Зато полубоги могли жить с любимыми на земле. Ты не исчезнешь?

МИШКА. А ты?

ЛЕНА. Я первая спросила!

МИШКА. Нет…

ЛЕНА. Не исчезай! Ты самый лучший в мире мужчина!

МИШКА. Да уж… Тебе и сравнить-то не с чем…

ЛЕНА. Зачем сравнивать, если ты все равно самый лучший в мире мужчина! А еще я давно хотела тебе сказать… Нет лучше я напишу… Повернись…

Мишка поворачивается, Лена пальцем на его голой спине что-то пишет..

ЛЕНА. Понял?

МИШКА. Нет! Еще раз напиши!

ЛЕНА (снова пишет) Понял?

МИШКА. Понял, понял, понял!

Обнимает ее, и они проваливаются в темноту. Нарастающая музыка.

                   СЦЕНА 10. КРЕМЛЬ. ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ.

      Бой курантов. Пресс-конференция.

ПОМНАЦБЕС. Пожалуйста, вопрос «Московских новостей».

1-Й ЖУРНАЛИСТ. Господарищ адмирал, ходят слухи, что вы приказали вынести тело Ленина из мавзолея?!

АДМИРАЛ РЫК. Вранье. Я только приказал повесить у входа две таблички: «Не целовать!» и «Не плевать!»

2- Й ЖУРНАЛИСТ. Несколько слов о новом внешнеполитическом курсе!

АДМИРАЛ РЫК. У России пять надежных союзника: армия, флот, нефть, газ и мирный атом. На них мы и опираемся в нашей внешней политике.

2-Й ЖУРНАЛИСТ. Как Европа отреагировала на ваше решение вступить в НАТО в качестве старшего брата?

АДМИРАЛ РЫК. Думают пока, советуются. И правильно: скорость хороша только при ловле блох и отчизнопродавцев.

2-Й ЖУРНАЛИСТ. А если откажутся?

АДМИРАЛ РЫК. Отключим газ!

                Смех, аплодисменты.

ПОМНАЦБЕС. Газета «Правда».

3-Й ЖУРНАЛИСТ. Когда вы предполагаете восстановить дипломатические отношения с Соединенными Штатами? И нужны ли нам отношения с этой агрессивно-невежественной страной?

АДМИРАЛ РЫК. Нужны. Трудолюбивый американский народ не виноват, что оказался в лапах масонских кукловодов. Но говорил и повторяю: Россия признает Америку только после того, как вся полнота власти в этой стране будет возвращена ее исконным обитателям, а именно Высшему совету индейских вождей. Только с ними я выкурю трубку мира!

З-Й ЖУРНАЛИСТ. А если откажутся?

АДМИРАЛ РЫК. Отключим нефть. (Смех, улюлюканье) Кроме того, мы подняли из архива договор о продаже Аляски. Документ оказался липовый. Америка - недобросовестный покупатель. Смекаете?

1-Й ЖУРНАЛИСТ. Господарищ адмирал, народ окрылен и взволнован успешным собиранием русских земель вокруг Москвы. Беспокоит лишь ситуация в Прибалтике, которая нагло отказывается войти в состав России…

АДМИРАЛ РЫК. Пустяки! Мы потребовали у них вернуть нам два с половиной миллиона золотых ефимков, которые Россия заплатила за эти земли Швеции после окончания Северной войны двести лет назад. Сегодня это – миллиарды и миллиарды долларов!

1-Й ЖУРНАЛИСТ. А если они соберут эти миллиарды? Враги помогут…

АДМИРАЛ РЫК. Не-ет! Мы желаем только в золотых ефимках! Поэтому, считай, Прибалтика наша. Петр Великий от радости в гробу перевернется!

ПОМНАЦБЕС. «Би-Би-Си».

4-Й ЖУРНАЛИСТ. Мистер адмирал, по какой вине все украинские президенты посажены в «Демгородке»?

ПОМНАЦБЕС. Не посажены, а изолированы от гнева украинского народа, который они пытались оторвать от своих славянских братьев и увести в западное стойло! Понятно? Сколько объяснять?!

4-Й ЖУРНАЛИСТ. Поньятно… Но все-таки – почему?

АДМИРАЛ РЫК. Почему? Что ж, расскажу. Признаюсь по-мужски: накануне всемирно-исторической «автономки» я поссорился и разъехался с женой Галиной, урожденной Титаренко. Она вместе с сыном-нахимовцем отбыла на родину и поселилась в Киеве на бульваре Степана Бандеры. Решив восстановить целостность семьи, я решил навестить мать… городов русских, но был грубо задержан на границе до выяснения. Как нормальный человек, мовы я не знаю. А пограничники, якорь им в печень, русский язык понимать принципиально отказались! Хотели договориться по-английски, но не нашли словаря. И тогда я им сказал: «Ну, вы, хлопцы, пожалеете!»

1-Й ЖУРНАЛИСТ. И, как всегда, сдержали свое слово?

АДМИРАЛ РЫК. Как всегда! Все бывшие президенты Украины проживают теперь в Демгородке, и каждый раз, чтобы выйти за забор своих шести соток, например, в магазин, они обращаются с прошением в МИД и, как правило, в течение месяца получают визы. Мы не мстим, мы воспитываем.

4-й ЖУРНАЛИСТ. А как вы потом мирились с супругой? Читателей очень волнует интимная жизнь великих людей…

АДМИРАЛ РЫК. Супруга моя, Галина, женщина горячая, но отходчивая. Ее телеграмма-молния после исторического Благоворота первой легла на мой стол в Кремле…

1-Й ЖУРНАЛИСТ. А что, если не секрет, было в телеграмме?

АДМИРАЛ РЫК. Не секрет.

ГАЛИНА (возникнув в луче света):

              = Прости Ваня ТЧК Я была дурра. ТЧК Галя =

                   СЦЕНА 11. ДЕМГОРОДОК.

Изолянт № 88 угодливо помогает Мишке тянуть кишку.

№ 88. Так… еще… еще… Застрял! Вдвоем не вытащить.

МИШКА (садится, вытирает пот) Чокнуться можно!

№88. А что так, господарищ оператор ассенизационного агрегата?

МИШКА. Если бы два года назад мне сказали, что лидер партии «Демократический выбор» будет со мной дерьмо откачивать, не поверил бы!

№88. И напрасно! Это злостная клевета, будто либералы далеки от народа. Мы плоть от плоти - и никогда не гнушались самой черной работы…

МИШКА. Вот именно, черной. Знаем, как страну американцам хотели сдать!

№88. Откуда, позвольте спросить?

МИШКА. Полморсос рассказывал…

№88. Кто-о?

МИШКА. Заместитель коменданта по политико-моральному состоянию личного состава.

№ 88. Да, среди нас были отдельные отщепенцы, продавшие родину за чечевичную похлебку общечеловеческих ценностей. Я должен вам сообщить: изолянт № 62, бывший министр финансов... Вы понимаете, о ком речь?

МИШКА. Еще бы!

№88. Так вот, он купил в «Осинке» две бутылки виски. Сингл молт, между прочим! Выпил, как всегда, один, не угостив никого, что выдает в нем абсолютно западный менталитет, и стал рассказывать нам такие вещи про первого президента, такие вещи! Могу изложить письменно.

МИШКА. Не надо! С меня хватает того, что я ассенизатором служу…

               Показался изолянт №33 с красным бантом на груди.

№88. Знаете, кто это?

МИШКА. Много вас тут всяких…

№88. Бывший лидер партии «Коммунистический выбор».

МИШКА. Во как! Конкурент ваш? А он-то здесь за что?

№88. Как за что? За оппортунизм, конечно! (желчно, обращаясь к №33) Ну и что ж, пролетарии всех стран никак у вас не соединятся?

№33 (грозно) Погоди еще, соединятся и выбросят всю либеральную сволочь на свалку истории!

МИШКА (строго). Изолянт №33, ко мне! Берите кишку! И вы тоже! Раз-два – взяли!

В результате тройного усилия кишку вытянули. Это наблюдает РЕНАТ.

РЕНАТ. Вот что бывает, если либералы и коммунисты сливаются в общем историческом усилии! Жаль, что объединить вас может только дерьмо. В этом вековая трагедия России!

МИШКА (изолянтам) Свободны! (Ренату) Тебе чего?

РЕНАТ. Ничего. С тобой один человек поговорить хочет.

           Появляется № 55 (отец Лены) Ренат уходит.

№ 55. Здравствуйте, Миша!

МИШКА. Здравствуйте, № 55!

№ 55. Меня зовут Борис Александрович, но это не важно… Я просто хочу поблагодарить вас за дочь. Спасибо! Если бы во время этих жутких сеансов вы не прятали Ленхен у себя, я бы определенно сошел с ума! Даже опытным людям нелегко, а она у меня ведь совсем невинная девушка. Вы понимаете?

МИШКА. Понимаю.

№ 55. Я бы пригласил вас к нам в дом, но я знаю: нельзя. Ах, если бы мы познакомились раньше! У нас были чудная дача в Барвихе, дом на Корсике и вилла в Майами. Покойная жена разводила изумительные розы…

МИШКА. А раньше мы бы и не познакомились. Кто были вы и кто я!

№ 55. В самом деле… Задумывая реформы, мы и не предполагали такого чудовищного социального расслоения. Простите!

МИШКА. Адмирал простит!

№55. Ленхен говорит, вам тоже нравится Уайльд?

МИШКА. Местами… но не всеми…

№ 55 (дрожащим голосом) Вы знаете, я так жалею, что она не закончила диссертацию! Зачем она приехала сюда!?

МИШКА. Я думал, вы позвали.

№55. Ну что вы! Я был против! Ведь ее отсюда не выпустят, даже если я умру.

МИШКА. Не переживайте, вы еще увидите возрожденную Россию!

№ 55. Нет, к счастью, не увижу. Еще приступ, от силы два – и конец. За все глупости, которые я совершил, в следующем воплощении я буду, скорее всего, ослом! А может быть, ее все-таки отпустят, как вы думаете, Миша?

МИШКА. Вы, Борис Александрович, живите! Так для всех будет лучше. Извините! Мне надо работать.

№55. Миша, обещайте: если со мной что-то случится, вы не оставите Лену!

МИШКА. Клянусь здоровьем Избавителя Отечества!

СЦЕНА 12. КРЕМЛЬ. КАБИНЕТ АДМИРАЛА.

АДМИРАЛ РЫК. Ну, как раскошеливаются наши изолянты?

ПОМНАЦБЕС. Не успеваем оприходовать валюту и товар подвозить. Как с ума сошли! Жены чуть не дерутся у прилавка из-за косметики…

АДМИРАЛ РЫК. Дерутся? Это славно! А то мне тут пошли жалобы, мол, изолянтам живется лучше, чем народу. Надеюсь, это не всерьез и ненадолго?

ПОМНАЦБЕС. Скоро кончится, Иван Петрович! Когда банка пива обходится в две штуки баксов, долго не погуляешь. Многие уже жмутся, экономят… Один, правда, крепко держится! Ох, видно, много наворовал!

АДМИРАЛ РЫК. Кто?

ПОМНАЦБЕС. № 62-й, кто ж еще! Ну, ничего: его скоро свои же прибьют. Из классовой ненависти.

АДМИРАЛ РЫК. Это хорошо! Ну, а как идет перевоспитательный процесс?

ПОМНАЦБЕС. Идет! Спектакль ко дню Великого Избавления репетируем.

АДМИРАЛ РЫК. Какой еще спектакль?

ПОМНАЦБЕС. В стихах.

АДМИРАЛ РЫК. Ишь, ты! Кто сочинил?

ПОМНАЦБЕС. Изолянт № 679. В прошлом – литератор Баков.

АДМИРАЛ РЫК. Матершинник этот?

ПОМНАЦБЕС. Какая же у вас память! И откуда только вы все знаете?

АДМИРАЛ РЫК. Откуда? Нам перед автономкой Сорос на лодку три пачки его книжек прислал. Все - про дерьмо! Представляешь, два месяца только про это читать! Разве такое забудешь и простишь? Как называется спектакль!

ПОМНАЦБЕС. «Всплытие».

АДМИРАЛ РЫК (подозрительно) В каком это смысле?

ПОМНАЦБЕС. Совсем в другом смысле! В возвышенном!

АДМИРАЛ РЫК. А содержание?

ПОМНАЦБЕС. Вот тут-то и - гвоздь. Это история Великого Благоворота, рассказанная врагоугодниками и отчизнопродавцами. Играют они сами себя!

АДМИРАЛ РЫК. Как это?

ПОМНАЦБЕС. А вот так. Бывший президент играет президента. Бывший спикер - спикера, бывший олигарх – олигарха. И не просто играют, а саморазоблачаются и даже самобичуются…

АДМИРАЛ РЫК. Самобичуются? Лихо, якорь им в печень! Когда будет готово, покажем по телевизору.

ПОМНАЦБЕС. Обязательно! Иван Петрович, я вот еще о чем подумал... Ну, что мы, в самом деле, на Романовых зациклились! Да и династия, скажем прямо, хилая, не справившаяся с обязанностями. Не уберегли Расею-матушку по слабохарактерности! Может, пошукать среди Рюриковичей? Глядишь, невесту вам складненькую отыщем.

АДМИРАЛ РЫК. А если не отыщем?

ПОМНАЦБЕС. Ну и что? У Рюрика еще братья были – Трувор и Синеус. Я тут институт русской истории на круглосуточную работу перевел. Роют.

АДМИРАЛ РЫК. Ладно. Отроют – доложишь. А как там идет операция?

ПОМНАЦБЕС. «Принцесса и свинопас»?

АДМИРАЛ РЫК. Она самая.

ПОМНАЦБЕС. Наши люди работают под прикрытием. Все под контролем...

                         Входит Клавдия Кокошникова.

АДМИРАЛ РЫК. Ладно, потом додоложишь. Ступай!

                        Помнацбес удаляется под частушку.

КЛАВДИЯ.    Светит месяц, светит месяц,

                         Светит мне полмесяца!

                         Я женатого люблю –

                         Пусть жена побесится!

                        СЦЕНА 13. ДЕМГОРОДОК.

Подъесаул Юрятин ведет репетицию. Участвуют: №3, №28, №94 и Лена.

ЮРЯТИН. Стоп, стоп, стоп! Вяло! Где личное отношение? Где четвертая стеночка? Вы же президентиком были, как-никак! Вспомните, что вы чувствовали, когда узнали про историческое всплытие субмарины? Или снова хотите наряд на картошечку?

№3. Не хочу.

ЮРЯТИН. Тогда старайтесь! А то выпорю! Берите примерчик с бывшего спикера. Ну-ка, покажите как надо!

№26 (пафосно) В лживых парламентах до хрипоты

                       Драли мы глотки.

                       Путь указал нам из темноты

                        Подвиг подлодки!

ЮРЯТИН ( обращаясь к №3) Понял? Давайте еще раз!

№3 (с чувством)   О, субмарина, ты стрела судьбы,

                                Мечтал о власти, но обрел бесчестье,

                                Я ухожу без воли, без борьбы….

                                В отставку, в глушь, в Манчестер!

ЮРЯТИН. Ну вот, уже лучше! А теперь пошла олигархическая молодежь! Ставлю актерскую задачку: вы вывалились из казино, где проиграли дурные денежки. А вокруг нищая, униженная Россия. Давайте!

№94. Откуда деньги у тебя, май бэби,

      Когда народ весь на воде и хлебе?

ЛЕНА.    Когда б вы знали, сколько в банках ваших

            Хранится в тайне миллионов наших,

            Вы б обалдели б…

ЮРЯТИН. А вот я не обалдеваю! Не верю!

ЛЕНА. Я никогда в казино не играла…

ЮРЯТИН. А что ж вы делали?

ЛЕНА. Уайльда изучала.

ЮРЯТИН. М-да… Тяжеленький случай.

№94. Может, эту роль лучше изолянтке №78-А поручить?

ЮРЯТИН. Жене бывшего министра экономики? Хорошая мыслишка. Хузин!

Вбегает Хузин.

РЕНАТ. Здесь, господарищ подъесаул!

ЮРЯТИН. Вызвать сюда изолянтку №78-А!

РЕНАТ. Никак нельзя.

ЮРЯТИН. Почему?

РЕНАТ. Госпитализирована в целях искусственного прерывания беременности.

ЮРЯТИН (Лене) Что ж, голуба, придется тебе постараться!

Появляется Мишка.

МИШКА. Господарищ подъесаул, разрешите обратиться?

ЮРЯТИН. Тебе-то чего? Я репетирую!

МИШКА. Трейлер с товаром для «Осинки» прибыл.

ЮРЯТИН. Наконец-то! А то второй день у нас там, как в сельпо при советской власти. Перерывчик! Я скоро вернусь… Курылев, за мной!

Юрятин уходит. Мишка, спешит за ним, Лене - жестом: «Я тебя люблю». Она отвечает жестом: «Я тебя очень люблю».Ренат останавливает Мишку.

РЕНАТ (тихо) А как у вас будет: люблю до гроба?   Вот так – да?

   Ренат прикладывает одну ладонь к сердцу, а другой чиркает по горлу, словно ножом. Мишка смотрит на него с недоумением.

ЮРЯТИН (из-за кулис) Курылев, где ты там запропастился? Выпорю!

                  СЦЕНА 14. ДЕМГОРОДОК. У МАГАЗИНА «ОСИНКА»

Возбужденная толпа изолянтов. Лена пытается их успокоить, но тщетно.

ЛЕНА. Господа, я прошу вас, не надо! Господин президент, вы же всегда были против смертной казни!

№3. А теперь я – за!

№ 186. Леночка, давайте лучше отойдем! Сейчас здесь будет страшно!

   Отводит ее в сторону. Происходящее они наблюдают со стороны.

№261. Тю! Идэ, вражина!

Появляется № 62 с полными сумками жратвы, купленной в «Осинке». Разъяренная толпа окружает его.

№ 88. Откуда, сволочь, у тебя столько «бабла»?

№ 62. Оттуда же, откуда и у вас! Это неприлично - считать чужие деньги!

№ 33. Это деньги народные!

№62. Вспомнили про народ! Свои деньги лучше считайте! Пропустите!

№ 26. Нечего считать! Кончились!

№ 62.   Значит, скромнее надо было жить! По средствам!

№ 3. По средствам?! Я бывший президент России, а мне выпить не на что!

№62. Вот и завязывай! Вовремя бы завязал - до сих пор в Кремле сидел бы!

№ 88. Сволочь! Пока мы за демократию бились, этот упырь Родину грабил!

№ 62. Знаем, знаем, где твоя Родина, вашингтонский подголосок!

№ 88. Что вы имеете в виду, мразь этакая?

№62. Знаем, знаем, кто тебе подсунул программу перехода к рынку за «Восемь с половиной недель»! Всех нас подставил!

№186 (Лене) Эту программу ему ЦРУ подсунуло…

№ 88.Задушу-у-у! (схватил № 62 почему-то не за горло, а за тугой пакет)

№ 33. Грабь награбленное! (ырвал у № 62 другую сумку)

№ 3. Отдай бутылку, гад! Мне надо с документами работать!  

№261. Хлопцы, дайте и мене трошки! А то до хаты тикать надо. У мене виза закинчивается…

№26. Закинчивается! Не хрена было в самостийность играть!

№261 (на чисто русском языке) Давай сюда окорок, москаль поганый!

               Изолянты набегают на № 62.

№ 26. Ой! Лобстеры! Мы ели их в Японии…

№ 186 (Лене) Когда Курилы косоглазым   чуть не сплавили!

№ 3. Виски! Двадцать пять лет выдержки! Я пил такую же в Нью-Йорке!

№186 (Лене) Когда со Статуи Свободы свалился…

№ 3. Такой икры я даже в Беловежской пуще не ел!

№ 94 (вырывает колбасу) Я, как бывший капитан большого бизнеса…

№ 62 (выхватил колбасу у №94) Отдай! Жри свои яйца Фаберже!

№ 94. А в морду хочешь?

№ 62. Питерских бьют!

№ 33. Господа! Товарищи! Господарищи! Делить надо по справедливости!

№ 88. Вот тебе по справедливости!

№33. Коммунистов бьют!

№261. Ратуйте, грамодяне! (вырывает бутылку у №3)

№ 3. Демократия в опасности! (вырывает бутылку у №261)

Начинается общая свара. В разные стороны раскатываются банки с пивом. №186 открывает одну, выпивает.

№186 (Лене) Боже, как грустна наша Россия! Леночка, вы не находите!.

Появляются Юрятин, Хузин, Мишка, гвардейцы. Выстрел! Все замирают.

ЮРЯТИН. Разойдись! Выпорю! Отпустить 62-го! Хузин!

Изолянты неохотно отпускают помятого № 62 с уцелевшей бутылкой.

РЕНАТ. Я!

ЮРЯТИН. Всех на картошку! За грубое нарушеньице дисциплинки продуктики реквизируется! Курылев, тащи все ко мне в кабинетик!

№62. Но позвольте!

ЮРЯТИН. Позволяю! Можете сходить в «Осинку» и снова купить то же самое!

   Мишка переглянулся с Леной и на языке жестов сказал ей: «Я тебя люблю!» Она сняла с головы косынку и повязала вокруг шеи, что означало: «Случилось непредвиденное. Нужно срочно встретиться!» Мишка вздрогнул. Этот обмен информацией не ушел от внимания Юрятина и Рената.

                      СЦЕНА 15. ДЕМГОРОДОК.

Ночь. Соловьи. В темноте шарят лучи прожекторов. Появляется Мишка.

МИШКА. Лена, ты где?

ЛЕНА (Выступая из темноты)   Я здесь, здесь.

МИШКА (обнимает ее)   Что случилось? Я за тебя очень волнуюсь!

ЛЕНА. Не бойся, ничего страшного.

МИШКА. Фу, слава Богу! Зачем же ты меня вызвала?

ЛЕНА. Я хотела тебе сказать, что очень тебя люблю!

МИШКА. Я знаю.

ЛЕНА. И еще я хотела тебе сказать, что беременна…

МИШКА. Ты? Как же так! Ты же говорила…

ЛЕНА. Мишка, я не хочу искусственного прерывания.

МИШКА. У тебя когда медосмотр?

ЛЕНА. Я пропустила. Уже два раза!

МИШКА. Этого нельзя делать! Они все равно осмотрят. Насильно!

ЛЕНА. Ты должен спасти нашего ребенка! Ты должен… Мишка!

МИШКА. Я что-нибудь придумаю.

                       Занавес.

                       

                          ВТОРОЙ АКТ

СЦЕНА 16. КРЕМЛЬ. КАБИНЕТ АДМИРАЛА

   Адмирал полулежит на кушетке, а певица Кокошникова гладит его по волосам и поет раздольно, на мотив «Из-за острова на стрежень…»

            КЛАВДИЯ. Пароход уперся в берег.

                                   Капитан кричит: «Вперед!

                                   Как такому раздолбаю

                                   Доверяют пароход!

Осторожно входит Помнацбес, деликатно кашляет.

АДМИРАЛ РЫК. Иди, Клав, передохни! Мне державой чуток порулить надо…

Певица удаляется, качая пышными бедрами. Помнацбес облизывается.

ПОМНАЦБЕС. Победа, Иван Петрович, триумф вашей гениальной внешней политики!

АДМИРАЛ РЫК. Что случилось?

ПОМНАЦБЕС. Турция капитулировала! Стамбул переименован в Царьград!

АДМИРАЛ РЫК. То-то… А еще кочевряжились, бусурманы!

ПОМНАЦБЕС. После того, как вы мудро запретили россиянам отдыхать в Турции, там вся экономика рухнула. Начались волнения… Курды восстали… Вековая мечта исполнилась: Царьград снова наш, православный!

АДМИРАЛ РЫК. Славно! Но знаешь, Николай Николаевич, что я подумал? Может, нам государственной религией магометанство сделать, а?

ПОМНАЦБЕС. Зачем?

АДМИРАЛ РЫК. У них многоженство. Замучился я, Коля, между двумя бабами! У Галины собачий нюх: по тому, как фуражку вешаю, уже знает, что я не с Высшего Народного Веча пришел, а от Клавки. Да и Клавка тоже нет-нет, взбрыкнет: мол, кто я тебе, наконец, такая? А так будет у меня две жены. Обе законные…

ПОМНАЦБЕС. Народ не поймет. Да и церковь может обидеться…

АДМИРАЛ РЫК. Церковь? А мы ей табачком царьградским приторговывать разрешим.

ПОМНАЦБЕС. Не согласятся. Бизнес – от лукавого, а вера – от Бога.

АДМИРАЛ РЫК (вздохнув) Это точно. Что же делать?

ПОМНАЦБЕС. А вот что!

Протягивает фотографию. В луче света, словно голограмма, возникает роскошная, буйноволосая женщин.

АДМИРАЛ РЫК.   Хороша-а! Кто такая? Почему не знаю?

ПОМНАЦБЕС. Докладываю. Джессика Синеусофф. Тридцать лет. Хозяйка кафе «Рашн блин» в Торонто. Прямая потомица Синеуса - брата Рюрика.

АДМИРАЛ РЫК. А точно, без обмана? Фамилия - дело переменчивое.

ПОМНАЦБЕС. Абсолютно без обмана. Вот заключение института истории Академии Наук. Вот генеалогическое древо. Пять подписей.

АДМИРАЛ РЫК. Всех наградить «Золотой субмариной» третьей степени!  

ПОМНАЦБЕС. Есть!

Джессика в луче света демонстрирует свои прелести.

АДМИРАЛ РЫК (вглядываясь в прелести) И выдать премию. По тысяче субмаринок каждому.

ПОМНАЦБЕС. Помилуйте, Иван Петрович! По курсу Центробанка одна субмаринка стоит 26 долларов 77 центов. Не жирно им будет?

АДМИРАЛ РЫК. Не жирно. Демокрады на науке экономили? Экономили. И где они сейчас?

ПОМНАЦБЕС. В демгородке…

АДМИРАЛ РЫК. То-то! Как там, кстати, эта операция?

ПОМНАЦБЕС. «Принцесса и свинопас»? Вступает в завершающую фазу.

АДМИРАЛ РЫК. Славно. А как она вообще?

ПОМНАЦБЕС. Беременна.

    Женщина-голограмма от этих слов возмущена и ругается по-английски.

АДМИРАЛ РЫК. Что ж ты мне, Николай, невесту жеребую подсовываешь?

ПОМНАЦБЕС. Что вы! Это я о принцессе из Демгородка. Джессика никого не ждет. Есть, правда, у нее, как они на гнилом Западе говорят, бой-фрэнд…

АДМИРАЛ РЫК. У нее бой-фрэнд, у меня две бой-бабы. Сложно живем!  

ПОМНАЦБЕС. Что будем делать с бой-фрэндом?

АДМИРАЛ РЫК. Разберись, но, как мой нахимовец говорит, без фанатизма.

      

                        СЦЕНА 17. ДЕМГОРОДОК.

Ренат будит спящего Мишку, тормоша за плечо.

РЕНАТ. Вставай, дерьмовоз, тебя ждут великие дела!

МИШКА (спросонья) А? Кто это?! Что случилось?

РЕНАТ. № 55 при смерти. В больницу везти надо. Одевайся!

МИШКА. Почему я? А где водила «неотложки»?

РЕНАТ. В отключке.

МИШКА. Диверсия? Надо Юрятину доложить!

РЕНАТ. Выпьешь охлаждающей жидкости вместо водки, и с тобой такая же диверсия случится! Путевку я тебе оформил. Одевайся, тормоз!

         Мишка включил ночник и фуфайку надел наизнанку.

РЕНАТ. Быть тебе сегодня битому!

МИШКА (переодевая фуфайку) А сколько времени?

РЕНАТ. Без трех минут четыре. Для сердечников самое время…

МИШКА. Укол хоть сделали?

РЕНАТ. А как же! Без укола никак нельзя. Шевелись! Жалко Ленку! Папаша помрет – на тебе девчонка останется.

МИШКА. Почему на мне?

РЕНАТ. Сволочь, голубоглазая! Думаешь, любовь это только когда ты на ней? Она уже два медосмотра пропустила. Интересно, почему?

МИШКА. Стесняется.

РЕНАТ. Чего стесняется?

МИШКА. Ну, мало ли… А ты что, следишь за нами?

РЕНАТ. Конечно. Интересно же, чем у вас все это закончится!

МИШКА. Спецнацзадание?

РЕНАТ. Если бы задание, ты бы не ассенизатором здесь, а в Чернобыле дезактиватором работал! Простить себе не могу, что тогда привел ее к тебе в будку.

МИШКА. А что делать?

РЕНАТ. Думать.

МИШКА. Уж все мозги сломал, думавши.

РЕНАТ. Было бы что ломать.

Разговор они заканчивают у домика Лены. Их встречают спецнацгвардеец с автоматами и санитар в белом халате.

СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. С прибытием, господарищ сержант!

РЕНАТ. Ну, как он?

САНИТАР. Кердык!

РЕНАТ. Что значит – «кердык»? Доложите по форме!

САНИТАР. Виноват. Острая сердечная недостаточность. И кердык.

СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ (ест ягоды) Клубника у покойного хорошая, крупная. Хочешь, сержант?

РЕНАТ. Не хочу. Где № 55-Б?

САНИТАР. Рыдает. Я хотел ее осмотреть, чтобы лишний раз в медпункт не гонять. Не далась – гордая.

Спецнацгвардейцы захохотали и посмотрели на Мишку. Появляется Лена.

РЕНАТ. Жаль, что так получилось. Держись!

МИШКА. 55-Я «б», примите мои соболезнования…

ЛЕНА. Принимаю.

         Ренат отводит ее в сторону.

РЕНАТ (тихо) Он в сознании был перед смертью?

ЛЕНА. В сознании.

РЕНАТ. Он успел?

ЛЕНА. Успел.

РЕНАТ. Ты запомнила?

       Лена кивает и плачет.

МИШКА (с удивлением) А что она должна запомнить?

РЕНАТ. Не твое дело! (Лене) Я пойду с гробом разберусь, а ты поговори с этим своим… Дафнисом! Теперь все от него зависит. Ты меня поняла?

ЛЕНА. Поняла.

                            Ренат вышел и увел с собой остальных.

ЛЕНА. Миша! Помоги мне! Ми-иша! Ты должен мне помочь! Я больше не могу. Я боюсь. Всего боюсь!

МИШКА. И меня тоже?

ЛЕНА. И тебя…

МИШКА. А Рената ты не боишься?

ЛЕНА. Нет, он – друг.

МИШКА. Он? Друг?! И давно?

ЛЕНА. Это не имеет значения. Я боюсь. Они убьют сначала ребенка. Потом нас. Я хочу, чтобы ты увез меня отсюда! Меня и моего будущего ребенка…

МИШКА. Нашего ребенка

ЛЕНА: Да… Конечно… Нашего! Прости! Ми-ишка, я так хочу, чтобы мы с тобой отсюда уехали! Я люблю тебя!

МИШКА (обняв ее) Лена! Ленхен! Что ты такое говоришь?! Как же я увезу тебя отсюда? Как? Я же не Бог… и даже не полубог…

ЛЕНА. Ренат знает – как.

МИШКА. А он кто - полубог?

ЛЕНА. Он друг, он все знает, и все подготовил! Мы уедем в Англию, Ми-ишка, ты даже не знаешь, как хорошо в Англии! Там везде газоны и лужайки! А травка такая нежная, как… как…

       Лена расстегнула рубашку и провела пальцами по Мишкиной груди.

МИШКА. Хорошо, уедем, но сначала ты мне скажешь, кто такой Ренат?

ЛЕНА. Я не могу. Ты сам все узнаешь. Скоро. Верь мне! Главное выбраться отсюда. Ради нашего…

МИШКА. Хорошо! Согласен! (целует Лену). Я по тебе жутко соскучился!

ЛЕНА. Ми-ишка… Ми-ишка, у меня больше нет папы! Понимаешь, Ми-ишка, моего папы у меня больше нет!

Лена убегает в дом. Мишка следом за ней. У забора толпятся изолянты. В стороне - № 62 с пластырем на лице и баулом в руке. Очевидно, он решил прошмыгнуть в «Осинку», но узнал о смерти № 55 и задержался.

№ 26. Давайте-ка начнем, пожалуй! Разрешите мне, как бывшему спикеру, открыть траурный митинг…

№ 88.   Почему вам? Тут у нас много спикеров…

№26.   Сегодня моя очередь!

№ 186. Начинайте, начинайте, а то я слесаря вызвал. У меня кран потек!

№ 261. Швыдче, швыдче, хлопцы, у меня виза закинчивается…

№33.   Да пошел ты со своей визой, козел помаранчевый!

№261 Москаль, красно-коричневый!

№ 26. Господа…рищи, нас привела сюда тяжелая утрата! Ушел из жизни наш друг и соратник. Человек, сделавший для демократического выбора России столько, что он просто не мог не оказаться здесь, среди нас. Слово - большому другу усопшего экс-президенту России…

№88. А где президент?

№ 33. Купил у бывшего председателя Газпрома канистру самогона и с документами работает.

№186. Можно я! Я меня кран потек!

№ 33. Валяй, трепло телевизионное!

№ 186. Заткнись, коммуняка недобитый! (преобразившись) Потрясен вестью о безвременной кончине глубокоуважаемого Бориса Александровича! Мы потеряли кристально честного человека, смелого борца за общечеловеческие ценности, энциклопедически образованного ученого, владевшего пятью языками…

№94. …И недвижимостью в пяти странах. Хватит про общечеловеческие цацки! Скажите лучше, где будут поминки и кто стол накрывает?

   Все смотрят на №62. Он старается ретироваться. Но не тут-то было.

№26. Стой! Держи его!

   Все бросаются за ним, чуть не сбив с ног Рената, шествующего с похоронными принадлежностями: черным несвежим костюмом и парой ботинок. Хватают №62 и крепко держат.

РЕНАТ. Пр-р-ропустить ритуальные принадлежности!

Следом два спецнацгвардейца заносят гроб в дом, потом уходят.

№ 88 (обращаясь к №186) Говорят, каждый раз покойников в крематории раздевают, а одежду и гроб возвращают назад, чтобы сэкономить деньги.

№ 186. Сбоку, сбоку посмотрите. Я очки забыл. На правом ботинке должна быть царапина! Я в прошлый раз специально гвоздиком отметил.

№261. …Трошечки е… Царапупелька…

№ ЗЗ. Что еще за «царапупелька»? Разве в украинском языке есть такое слово?

№186. Теперь зараз е!

№186. А что я вам говорил! Покойников раздевают! Бедная Россия…

№ 33. Молчали бы! Вспомнили о России, прихватизаторы!

     Появляется пьяный в хлам изолянт №3.

№ 3. Щас спою!

№ 88. Какие еще песни? В такой момент!

№ 94. Пусть поет! Все равно от него не отвяжешься…

№26. Господарищи, президент России споет любимую песню усопшего!

№ 3 затягивает битловскую «Yesterday». Ренат сидит на крыльце, курит, потом встает.

РЕНАТ. Хватит митинговать! Расходитесь!

             Песня смолкает. №33 берет за шиворот №62.

№33. Ну, что, мироед, пошли - помянем очередную жертву демократии!

№62 (взволнованно) Господа, господарищи… У меня буквально нет денег!

№94. Так уж и нет?

№62. Чуть-чуть. На черный день оставил.

№88. Твой черный день, сволочь, наступил!

          Уводят №62. Из дома выходит Мишка.

РЕНАТ. Ты готов, дерьмовоз?

МИШКА. Готов.

РЕНАТ. Молодец, смелый парень!   А она?

МИШКА. По-моему, не готова…

               Из дома выбегает Лена.

ЛЕНА. Я не могу… я не могу туда лечь… вместо папы…

РЕНАТ. Почему?

ЛЕНА. Потому что я не могу! Мне страшно. А по-другому нельзя?

РЕНАТ. Нет. По-другому, не получится. Впрочем, есть вариант.

ЛЕНА. Какой?

РЕНАТ. Ты передаешь информацию мне, и остаешься здесь. Живешь тут со своим Мишкой долго и счастливо, но бездетёнышно…

ЛЕНА. Нет! Я попробую, у меня получится, я смогу…

      Уходит. Ренат подзывает , Мишку

РЕНАТ. Отца надо положить на ее постель, замаскировать. Ну, косыночкой, еще чем-нибудь. Чем позже схватятся, тем лучше для нас. И машину проверь!

МИШКА. Проверил.

РЕНАТ. Уйдем, если что, от «почечных баронов»?

МИШКА. А что - опять на дорогах шалят?

РЕНАТ. Не опять, а снова! Пошли!

Уходят в дом. Появляется Юрятин с двумя спецнацгвардейцами. Тяжело дыша, Ренат и Мишка выносят гроб, ставят. Юрятин сурово пальцем манит к себе Рената.

ЮРЯТИН. Ты, что ли, сопровождаешь?

РЕНАТ (дурашливо) Так точно, господарищ подъесаул!

ЮРЯТИН. А Курылев почему здесь?

РЕНАТ. Со мной едет.

ЮРЯТИН. С какой это стати?

РЕНАТ. Санитар заболел.

ЮРЯТИН. Знаем мы эти болезни! Избавитель Отечества, святой человек, «Рыковку» народу даровал. Никогда в истории такой дешевой водочки нигде не было. Пей и радуйся. Так нет! Хлещут черти что!. Покойничка обрядили?

РЕНАТ. Как положено.

ЮРЯТИН. Открой - покажи!

РЕНАТ (перехватывает автомат поудобнее) Мы крышку гвоздиками прихватили, чтобы в дороге не сползла. Надо бы за гвоздодером на хоздвор.

ЮРЯТИН. Ладно, не надо! А то потом еще сниться будет. Плохо выглядит?

МИШКА. Нормально. Сердечники в гробу всегда, как огурчики.

ЮРЯТИН. А где №55-Б?

РЕНАТ. Лежит. Без чувств. У себя.

ЮРЯТИН. А ну, боец, проверь!

СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. Есть проверить, господарищ подъесаул!

Гвардеец убегает в дом. Хузин снова поудобнее перехватывает автомат.

ЮРЯТИН. Вещички, сержант, обратно по описи примешь. В прошлый раз носочки не вернули. Не дай Бог что-нибудь забудешь – выпорю!

РЕНАТ. Так точно!

ЮРЯТИН. Пепел не ждите! Вечером кино. Курылев должен быть на месте. У них там много невостребованных урночек. Возьмете любую. Какая разница!

РЕНАТ. Так точно!

ЮРЯТИН. На обратном пути не халтурить, никого не подвозить. Узнаю – выпорю обоих!

Появляется спецнацгвардеец.

СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ . Проверил! Изолянтка лежит лицом к стене. На вопросы не отвечает. Может, растормошить, господарищ подъесаул?…

ЮРЯТИН. Отставить! Девушка отца потеряла! Для нас он демокрад и агент влияния, а для нее – папочка! Человеком надо быть!

СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. Есть не тормошить и быть человеком.

Хузин и Мишки облегченно вздыхают.

РЕНАТ. Какие еще указания будут?

ЮРЯТИН. Указания? Пивка из города прихвати! Побольше…

      СЦЕНА 18. КРЕМЛЬ. ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ.                        

ПОМНАЦБЕС. Пожалуйста, господарищи, вопросы! «Московские новости», смелее! При демократах вы поживей были!

1-Й ЖУРНАЛИСТ. Прежде всего, господарищ адмирал, разрешите передать вам всенародную благодарность за ваше мудрое указание после трехвекового перерыва возобновить показательные казни на Красной площади! (Низко кланяется) Мой вопрос: как вам это пришло в голову?

АДМИРАЛ РЫК. Хороший вопрос! (разворачивает бумажку, читает) Красная площадь в моей жизни значит очень многое. Однажды, перед историческим плаванием, прогуливаясь по этому святому для каждого русского человека месту, я остановился у памятника Минину и Пожарскому. И вдруг слышу глухой, из глубины идущий голос: «Ры-ы-ы-ык!» Осмотрелся – никого! Тогда я догадался глянуть вверх и с удивлением похолодел: позеленевшие от времени губы князя Пожарского медленно шевелились, говоря мне: «Ры-ы-ык, ты не туда смотришь, Ры-ык!» «А куда же?» - прошептал я! «Ту-да-а-а!» – ответил князь и указал на Кремль. А Козьма Минин медленно кивнул, подтверждая сказанное. Тогда я понял, мой долг - спасти Россию от демокрадов. Спас. Теперь надо спасать от разгула преступности, расплодившейся из-за моратория на смертную казнь!

ПОМНАЦБЕС. Журнал «Огонек».

2-Й ЖУРНАЛИСТ. Скажите, пожалуйста, кто из врагоугодников будет казнен на Красной площади первым? Нельзя ли это показать по телевидению?

АДМИРАЛ РЫК. Экие вы там, в «Огоньке» кровожадные! Покажем, обязательно покажем, но попозже, когда дети уже спят. А первыми казним «почечных баронов», как только поймаем! К сожалению, похищение людей и торговлю человеческими органами, расцветшие во годы демократической смуты, окончательно искоренить пока не удается. Но к Олимпийским играм мы эту заразу одолеем. Обещаю!

ПОМНАЦБЕС. Газета «Правда».

3-Й ЖУРНАЛИСТ. Продажная западная пресса распространяет небылицы о том, что в России действует глубоко законспирированная и разветвленная подпольная организация «Тигры демократии». Центр этой организации, якобы, находится в Лондоне и возглавляет его беглый олигарх Бузинский. Вопрос: насколько эти небылицы не соответствуют действительности?

АДМИРАЛ РЫК. Совсем не соответствуют. Нет никаких тигров, разве что в зоопарке. А Бузинский, слышал, собирается к нам Россию… в Демгородок на постоянное место жительства. Или я ошибаюсь, Николай Николаевич?

                                        Смех, аплодисменты.

ПОМНАЦБЕС. Как всегда не ошибаетесь. Последний вопрос. «Би-Би-Си».

4-Й ЖУРНАЛИСТ. Мистер адмирал, в западную прессу прошел слух о том, что вы строите план жениться с канадской поданной Джессикой Синеусофф для ремейка монархии в России? Так ли это?

            Адмирал Рык с раздражением смотрит на Помнацбеса.

ПОМНАЦБЕС. Абсолютная чепуха! Никаких братьев Трувора и Синеуса у князя Рюрика никогда не было. По-древнескандинавски «тру воринг» означает «верная дружина», а «сине хус» переводится как «свои родственники». Поэтому читать летопись надо так: «прибыл князь Рюрик с верной дружиной и своими родственниками». Вот заключение Института русской истории. Пять подписей все академики…

СЦЕНА 19. ЛЕСНАЯ ДОРОГА.

Шум мотора. Ренат и Мишка тащат гроб. Ставят.

МИШКА. Ты сказал, здесь нас будет ждать другая машина.

РЕНАТ. Будет. Руки за голову!

МИШКА. Что?

РЕНАТ. Что слышал!

Ренат берет Мишку на прицел.

МИШКА. Значит, ты все-таки из тигров? Как же я, дурак, сразу не понял!

РЕНАТ. Зато ты, наконец, понял, что – дурак. Это обнадеживает!

МИШКА. Зачем вам Лена?

РЕНАТ. Не бойся, не для того, зачем тебе.

МИШКА. Мы поженимся.

РЕНАТ. Конечно, весь Кембридж на свадьбе гулять будет!

МИШКА. Я не выдам. Я с вами. Я тоже за демократию! Мы теперь в Англию?

РЕНАТ. Ага, мелкими перебежками. Воскресай, дщерь Иаирова!

      Откинув крышку, из гроба поднимается Лена, бледная и трясущаяся.

ЛЕНА. Господи… Господи…

              РЕНАТ. Успокойся! Улыбнись! Он готов на тебе жениться!

      Прицеливается в Мишку.

ЛЕНА. Ренат, ты обещал, что дашь ему шанс!

РЕНАТ. Как же я ненавижу эту вашу англосаксонскую хрень! «Я сделал это!» «Дайте мне шанс!» «Вау!» Тьфу! Я ему дам сейчас шанс…

         Появляются два крепких парня в кожаных куртках.

РЕНАТ (смотрит на часы) Молодцы, вовремя! Меняемся машинами и разбегаемся! Лена, за мной!

ЛЕНА. А он?

РЕНАТ (парням) Продайте его почечным баронам на органы и купите взрывчатку!

МИШКА. Зачем? За что? У ребенка должен быть отец! Лена, скажи ему!

РЕНАТ. Не волнуйся, папочка, я заменю ребенку отца, а вдове - мужа!

МИШКА. Сволочь!

Кидается к Ренату. Парни заламывают Мишке руку и бросают наземь.

РЕНАТ. От меня ему еще добавь! ( Парень с готовностью бьет Мишку в бок) Только печенку не отбей! Его печенка мне скоро понадобится – я в Англии много пить буду. Виск. От ностальгии. А его мозги пусть выбросят на помойку – они у него бараньи!

      Парни ржут, кладут Мишку в гроб и утаскивают.

ЛЕНА. Ренат, ты же мне обещал! Ты же обещал…

             Падает без чувств.

         СЦЕНА 20.   КРЕМЛЬ. КАБИНЕТ АДМИРАЛА.

АДМИРАЛ РЫК. Как же они пронюхали про Джессику?

ПОМНАЦБЕС. Как обычно. Бабы! Массажистке проболталась.

АДМИРАЛ РЫК. Беда с этой прессой: растрезвонят, потом не отопрешься! А если эта Джессика еще и откажется от нашего предложения – вообще на весь мир опозорят! Ну, ты, Николай Николаевич, хитер – извернулся-таки!

ПОМНАЦБЕС. Это не я. Это наука!

АДМИРАЛ РЫК. Каждому академику по золотой субмарине второй степени. И по тысяче субмаринок премию.

ПОМНАЦБЕС. Будет сделано.

АДМИРАЛ РЫК. А как она вообще к нашим… сватам отнеслась?

ПОМНАЦБЕС. Сначала никак. Мол, я помолвлена, а у вас медведи по улицам ходят. Ну, мы послали человека. И бой-фрэнд, торопясь в «Russian blin» на своем красном «ягуаре», попал в автомобильную катастрофу.

АДМИРАЛ РЫК. Жив хоть?

ПОМНАЦБЕС. Жив, но получил необратимую травму первичных половых признаков. Вот такая беда! А тут еще через улицу открылся ресторан «Рашен даблблин». Всё в два раза дешевле. Джессиков блин-то и прогорел. Погоревала, она, поубивалась… Больше, конечно, о ресторане, чем о бой-фрэнде. Ну и согласилась приехать в Москву. Как бы на экскурсию…

АДМИРАЛ РЫК. Когда?

ПОМНАЦБЕС. Уже скоро.

АДМИРАЛ РЫК. Ох, боюсь, Клавка скандал закатит!

ПОМНАЦБЕС. А мы ее замуж выдадим.

АДМИРАЛ РЫК. За кого?

ПОМНАЦБЕС. За меня.

АДМИРАЛ РЫК. А что? Мысль! На побывку будешь Клавку отпускать?

ПОМНАЦБЕС (помявшись) Буду…

АДМИРАЛ РЫК. Вот и славно! А с Галиной что делать, якорь ей в печень!?

ПОМНАЦБЕС. Галине объясним. Ведь не баловства ради, а державы для!

АДМИРАЛ РЫК. Не поймет.

ПОМНАЦБЕС. Тогда в монастырь отправим. Как в старину.   

АДМИРАЛ РЫК. А сын-нахимовец?

ПОМНАЦБЕС. А сына вашего, царевича, женим на испанской инфанте. У них там тоже проблемы с престолонаследием.

АДМИРАЛ РЫК. И под каким же я номером править буду?

ПОМНАЦБЕС. Иван Седьмой. В порядке исторической очереди. Вот я и шапку Мономаха из Оружейной палаты прихватил. Примерьте!

    Вносят шапку. Адмирал снимает фуражку и примеряет перед зеркалом, потом снова надевает фуражку. Сравнивает. С сожалением смотрит на морскую кокарду.

А ДМИРАЛ РЫК. Николай Николаевич, а нельзя к этой, понимаешь ли, Моношапке «краба» от фуражки приставить!?

ПОМНАЦБЕС. Можно. Самодержцу можно все!

     Адмирал отвинчивает «краба» от фуражки и прилаживает к шапке.

АДМИРАЛ РЫК (с сомнением) Коль, а вдруг я Джессике не понравлюсь?

ПОМНАЦБЕС. Исключено. Нет таких женщин, которым не нравятся моряки! (у Помнацбеса звонит мобильный) Что?! Как пропали? Как так не можете найти?... Да я тебя, подъесаул, в коменданты лепрозория упеку! Ищи!

АДМИРАЛ РЫК. Что случилось?

ПОМНАЦБЕС (помявшись) Совсем распустились! Джессика попросила,   чтобы в Москве не замерзнуть, шубку из… соболя… леопардового. Найти нигде не могут, косорукие!

АДМИРАЛ РЫК. А что, и такие соболя бывают?

ПОМНАЦБЕС. В России, Иван Петрович, все бывает!

СЦЕНА 21. ЦКБ. ОПЕРАЦИОННАЯ.

Большой плакат, на котором схематически изображено мужское тело. На каждом органе написана цена в долларах. Дороже всего – половой орган. На столе распластан обнаженный Мишка, прикрыты простынкой лишь чресла. Над ним склонились два врача. Приподнимают простынь, удивленно смотрят. Первый врач подходит к схеме и переправляет цену полового органа сначала в два, а потом и в три раза. Второй врач заносит скальпель над Мишкиным достоянием. Грохот. Дым. Врываются спецнацгвардейцы в масках, валят врачей-расчленителей на землю. Следом входит Юрятин. Осматривается. Замечает исправленную цену на схеме, приподнимает простынку, по-хорошему удивляется. Тормошит Мишку.

ЮРЯТИН. Курылев, ты жив?

1-Й СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. Жив, но спит, господарищ подъесаул. Наркоз.

2-Й СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. А с этими что делать?

ЮРЯТИН. Колоть! По горячим следам. Явочки, поролики, складики, посреднички, трафики, банковские счетики…

1-Й СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. А если будут молчать?

ЮРЯТИН. Пороть.

1-Й СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. А если все равно будут молчать?

ЮРЯТИН. Распороть! Без наркоза.

2-Й СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. Есть без наркоза.

Спецнацгвардейцы утаскивают врачей. Юрятин достает мобильник.

ЮРЯТИН. Николай Николаевич, Юрятин беспокоит. Докладываю: порядок. Свинопаса нашли… Да, оперативно. В самом логове «почечных баронов»… Логово где? Вы будете смеяться, в Центральной клинической больнице, так сказать, в непосредственном сердце кремлевского здравоохранения… Не будете смеяться? Виноват!... Нет, Принцессу пока ищем… Виноват! Разрешите прибыть с докладом! Лечу! (отключает телефон) Боец! Вертолет. Срочно!

1-Й СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. Есть, вертолет!

Юрятин подходит к Мишке. Всматривается в его лицо, вздыхает.

ЮРЯТИН. Спи, Свинопасик, отдыхай! Заслужил.

Снова заглядывает под простынь, качает головой, уходит. Гул вертолета.

                           СЦЕНА 22. КАБИНЕТ ПОМНАЦБЕСА.

Помнацбес, одетый в боярский костюм допетровских времен, нервно ходит по кабинету. Появляется Юрятин.

ЮРЯТИН. Разрешите присутствовать?

ПОМНАЦБЕС. Разрешаю. Ну! Докладывай, как это могло произойти? Как?!

ЮРЯТИН. Сначала все шло четко по разработанному вами плану. Мы получили агентурные данные, что дочь бывшего вице-премьера едет в к отцу. Подпоручик Курылев, он же Свинопас, после спецподготовки был натурализован в Демгородке. Легенда – уволен из армии за шуры-муры с женой старшего по званию.

ПОМНАЦБЕС. Хорошая легенда. Убедительная.

ЮРЯТИН. Принцесса по прибытии из Лондона, как вы и предвидели, была завербована сержантом Ренатом Хузиным. Он же Рувим Хузман, один из главарей «Тигров демократии», объявленных Избавителем Отечества вне закона.

ПОМНАЦБЕС. Без демагогии, подъесаул, без демагогии!

ЮРЯТИН. Есть, без демагогии! Сержант планировал побег Принцессы после получения информации о банковском счете отца. Свинопас пошел на контакт с №55-Б и, как вы планировали, влюбил ее в себя.

ПОМНАЦБЕС. Сам-то он часом не влюбился?

ЮРЯТИН. Ему не положено. Далее, через нее Свинопас должен был войти в доверие к Хузину-Хузману, а через него выйти на подпольный центр «Тигров демократии». Все шло штатно. Однако изолянт №55 отказался сообщить дочери номер счета. Тогда мы под видом прививки ввели ему спецпрепарат «Болталин». Он выдал номера счета. Далее мы планировали переправить Свинопаса с Принцессой в Швейцарию. Там она должна была вызвать Бузинского, чтобы с его помощью снять деньги со счета. Коды доступа у него. Он клюет. Мы его берем. Итог: народные денежки у нас, а злодейчик в Демгородке.

ПОМНАЦБЕС. Докладывайте без ваших уменьшительных выкрутасов! Почему всё сорвалось? Почему изолянт №55 умер?

ЮРЯТИН. Мы не учли, что Хузин-Хузман тоже использует «Болталин». Двойной инъекции старик не выдержал. Тогда был введен план «Перехват», который результатов не дал…

ПОМНАЦБЕС. Как всегда. Почему?

ЮРЯТИН. Нештатный фактор. Оказалось, Хузин-Хузман сам влюбился в Принцессу, ну и…

ПОМНАЦБЕС. Что вы мне тут, подъесаул, вместо рапорта водевиль изображаете?! Под трибунал отдам! Где Принцесса?

ЮРЯТИН. Как сквозь землю провалились. Но в России. Это точно. Ищем.

ПОМНАЦБЕС. А вы знаете, что произошло, пока вы ищете? Докладываю: страна готовится к бракосочетанию Избавителя Отечества с Джессикой Синеусофф и коронации. Я назначен старшим постельничим…

ЮРЯТИН. Поздравляю!

ПОМНАЦБЕС. С чем? Где деньги? На что народ будет гулять три дня и три ночи, как обещал Адмирал!? На какие шиши будем человечество изумлять русской ширью? Молчишь? А тут еще Джессика со своим брачным контрактом всех заелдохала! Вот ведь гнилая цивилизация! Все у них там расписано: кому чего сколько!

ЮРЯТИН. Арифметическая нация!

ПОМНАЦБЕС. Не только в смысле денег и недвижимости все расписано. Особым пунктом указано: сколько раз в неделю…

ЮРЯТИН. Не может быть!

ПОМНАЦБЕС. Ей-богу! А еще, не поверишь: кто внизу и кто наверху. Женское равноправие. Тьфу! Адмирал из последних сил держится, боюсь, осерчает! Гальку с Соловков вернет! Клавку назад позовет…А я уж привык. И конец делу всей моей жизни – возрождению монархии в России! Свадьбу надо играть. Срочно, пока он не передумал! Понял теперь, что на кону? Понял, подъесаул?!

ЮРЯТИН. Понял! Есть идея. Нужно вбросить информацию, что Курылев спасен, но находится в тяжелом состоянии. На грани жизнь и смерти…

ПОМНАЦБЕС. Та-ак! Думаешь, Принцесса попытается…

ЮРЯТИН. Если любит, обязательно попытается!

ПОМНАЦБЕС. Невероятно! Судьба монархии в России зависит от того, любит эта уайльдовка нашего дерьмовоза или нет! Господи, неисповедимы твои пути! А если не любит?

ЮРЯТИН. Тогда я, как офицер, верный присяге, застрелюсь.

ПОМНАЦБЕС. Договорились: двумя пулями в затылок. Действуй! А вброс информации я беру на себя!

    СЦЕНА 23. КРЕМЛЬ. ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ.

ПОМНАЦБЕС. Господарищи, задавайте ваши вопросы! Смелее!

1-Й ЖУРНАЛИСТ. Ваше величество…

ПОМНАЦБЕС. Ну, вот всегда «Московские новости» торопятся. Успеете еще!

1-Й ЖУРНАЛИСТ. Понял… Господарищ адмирал, чем закончились переговоры с Японией по проблеме так называемых «северных территорий»?

АДМИРАЛ РЫК. Такой проблемы больше нет. Я предложил Японии для восстановления территориальной целостности присоединиться к Курилам. Вы будете смеяться, но от неожиданности они согласились. Россия отныне будет прирастать Японскими островами!

1-Й ЖУРНАЛИСТ. А как быть с резким сокращением населения Сибири и Дальнего Востока?

АДМИРАЛ РЫК. Просто! Мы вернем в паспорт графу «национальность». Только либерально-космополитическая сволочь могла лишить россиян самого дорогого - национальности. Далее: всем желающим китайцам выдаем паспорта, но в соответствующей графе пишем: «русский». Через год в Сибири будут жить сто миллионов русских. Демографическая проблема решена!

                      Восторг. Крики: гениально!

2-Й ЖУРНАЛИСТ. Не боитесь ли вы неадекватной реакции американской военщины?

АДМИРАЛ РЫК. Я ничего не боюсь! Наша армия и флот непобедимы! Проклятые времена, когда офицерам, чтобы прокормить семью, приходилось мыть витрины и сторожить автостоянки, безвозвратно закончились! Мною подписан приказ об увеличении жалования военнослужащим. За основу я взял оклады президентов коммерческих банков. У офицера после окончания службы должна оставаться одна проблема – снять сапоги. Квартирный вопрос для защитников Отечества больше не существует. Из квартир и коттеджей, конфискованных у демокрадов, создан специальный жилфонд. За верную службу селись, где пожелаешь!

                     Восторженные возгласы.

ПОМНАЦБЕС. Газета «Правда».

3-Й ЖУРНАЛИСТ. Господарищ адмирал, общество буквально окрылено вашим историческим решением - вернуть средства производства трудовому народу! Сбылась вековая мечта о царстве правды!

АДМИРАЛ РЫК. Затем и поставлены тут. Сразу же после коронации заводы и землю мы безвозмездно, то есть, даром, отдадим рабочим и крестьянам. Но взамен все то, что производят заводы и родит земля, они должны будут даром, то есть, безвозмездно отдавать Державе Российской. По-моему, это справедливо!

                          Крики одобрения, переходящие в здравицу.

ПОМНАЦБЕС. «Би-Би-Си».

4-Й ЖУРНАЛИСТ. Позвольте вопрос для вашего помощника! В прошлый брифинг вы сказали, что Рюрик не имел братьев, а теперь газеты пишу, что невеста мистера адмирала есть чисто породистая Рюриковна! Как же это так?

      Адмирал раздраженно смотрит на Помнацбеса.

ПОМНАЦБЕС. Передергиваете, сэр! Это утверждал не я, а ученые. Но наука движется вперед. В архиве обнаружено письмо хазарского посла, из которого следует: у Рюрика все-таки был брат Синеус. Двоюродный. Вот доклад, подписанный пятью академиками…

             Адмирал с удивлением смотрит на своего помощника.

2-Й ЖУРНАЛИСТ (возмущенно – англичанину) Безобразие! Что вы лезете в нашу генеалогию? Сначала разберитесь, кто принцессу Диану замочил! Господарищ Адмирал, общество волнует совсем другое: когда же, наконец, состоится долгожданная казнь «почечных баронов» на Красной площади?

ПОМНАЦБЕС. Это мероприятие включено в программу третьего дня коронационных торжеств.

4-Й ЖУРНАЛИСТ. Гильдия западных журналистов имеет рассчитывать на контрамарки в самом первом ряду?

АДМИРАЛ РЫК. Посадим, якорь вам в печень!

ПОМНАЦБЕС. «Московские новости», у вас, кажется, был еще один вопрос!

1-Й ЖУРНАЛИСТ. У меня?

ПОМНАЦБЕС. У вас, у вас…

1-Й ЖУРНАЛИСТ. Ах, да, конечно! (достает бумажку, читает) Во время ликвидации тайной базы «почечных баронов» в Центральной клинической больнице был буквально вырван из их кровавых лап некто Курылев Михаил Матвеевич. Где он теперь и каково его состояние?

АДМИРАЛ РЫК. Чего-чего?

ПОМНАЦБЕС. Иван Петрович, разрешите, я отвечу! Пишите: гражданин Курылев находится на излечении там же и врачи борются за его жизнь. Кстати, бывший главный врач ЦКБ тоже будет четвертован на Красной Площади. С заместителями. Заканчиваем, коллеги, пресс-конференцию. Избавитель Отечества торопится с невестой в Большой театр.

3-Й ЖУРНАЛИСТ. А что там сегодня дают?

ПОМНАЦБЕС. Странный вопрос. «Жизнь за царя», разумеется!

               СЦЕНА 24. ЦКБ. БОЛЬНИЧНАЯ ПАЛАТА.

Мишка сидит на кровати и смотрит в окно. Входит Юрятин, тоже некоторое время смотрит в окно.

ЮРЯТИН. Что там такое?

МИШКА. Ничего. Небо.

ЮРЯТИН. Небушко – это хорошо. (Мечтательно) Закончим операцию – попрошу себе из спецфонда дачку. Тут одного отчизнопрадавца давеча брали – я себе присмотрел. Не дачка – замок! Миш, а ты себе что попросишь?

МИШКА. Не знаю.

ЮРЯТИН. Квартиру проси! Двухуровневую. На Зоологической улице. Чтобы слонов из окошка было видно. Там после приказа о добровольной сдачи лишнего имущества много пустой жилплощади...

МИШКА. У меня дом есть. В деревне. Родительский. Починить только надо.

ЮРЯТИН. Что ж тогда попросишь?

МИШКА. Лену…

ЮРЯТИН. В каком смысле?

МИШКА. Чтобы ее отпустили. Со мной.

ЮРЯТИН. Э-э-х! Говорил тебе: никаких нештатных эмоций в отношении объекта оперативной разработки. Влюбился-таки! Отставить! Выпорю!

   Вбегает 2-й спецнацгвардеец.

2-Й СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. Позвонила! Позвонила!  

ЮРЯТИН. Ес-с! Мы сделали это! Адрес пробили?

2-Й СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. Пробили.

МИШКА. Где они?

2-Й СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. В Переделкине. В музее Булата Окуджавы.

МИШКА. Так его же, по телевизору сказали, закрыли!

ЮРЯТИН. Это музейчик Пастернака закрыли. За космополитизм. А Окуджаву Избавитель Отечества любит! (поет) «Сомненья прочь – уходит в ночь отдельный, десятый наш десантный батальо-он!» Дальше докладывай!

2-Й СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. Там гостиницу для приезжих окуджавоведов открыли. Они в «люксе». Выдают себя за английских булатоманов. По вечерам даже поют для конспирации: «I`ill a grape seed in the warm soil planted…»

МИШКА. Что-о?

ЮРЯТИН. «Виноградную косточку в теплую землю зарою». Ты смотри, хитро зарылись! Профессионалы. Будем брать! Переделкино окружить тройным кольцом, чтобы мышь не проскочила! Поднимайте Московский округ!

МИШКА. Не надо округ! Я один пойду. Если Ренат что-нибудь заподозрит, он ее убьет. Из-за меня. Если что – родителей моих не оставьте!

ЮРЯТИН. Не оставим! (Юрятин обнимает Мишку) Запомни, если ситуация выйдет из-под контроля, громко скажи; «Ренат, ты не прав!» Понял?

МИШКА. «Ренат, ты не прав!»  

                                         Мишка уходит.

ЮРЯТИН. Отставить Московский округ. Достаточно батальона десантников и сорока снайперов. Там какой-нибудь домишко поблизости есть?

2-Й СПЕЦНАЦГВАРДЕЕЦ. Есть. Дача писателя Полякова. Нпротив.

ЮРЯТИН. Вот в ней всех пока и спрячьте! Если, что не так пойдет, стреляйте на поражение. Живой мне нужна только Принцесса!

                                

                  СЦЕНА 25. ПЕРЕДЕЛКИНО. МУЗЕЙ ОКУДЖАВЫ.

Музейная вывеска. На крылечке сидит Ренат. Перед ним стоит Лена, загораживая сержанта. Ренат поет под гитару:

РЕНАТ.      Возьмемся за руки, друзья!

                 Возьмемся за руки, друзья,

                Возьмемся за руки, ей-богу!

              Появляется Мишка. Прикладывает руку к груди.

МИШКА. Здравствуй, Лена!

ЛЕНА. Здравствуй, Миша! Как хорошо, что ты…

Хочет тоже приложить руку к груди, но Ренат ее руку перехватывает.

РЕНАТ (Лене) Помолчи! (Мишке) Здорово, дерьмовоз! Давно тебя ждем!

МИШКА. Я один и без оружия! Не бойтесь!

РЕНАТ. Это ты – мне? Да ты хоть знаешь, кто я?

МИШКА. Догадываюсь. Я вам гарантирую…

РЕНАТ. Мне не нужны гарантии. Мне нужен вертолет!

ЮРЯТИН (в мегафон) Это невозможно. У меня нет вертолета!

РЕНАТ. Ага, и ты, свинья с лампасами, тоже здесь! Юрятин, хватит врать! Ты же без вертолета, как плей-бой без презерватива, из дому не выходишь!

ЮРЯТИН (в мегафон) Я должен согласовать с Центром…

РЕНАТ. Согласовывай! Даю тебя пять минут…

   Ренат снова обнимает и целует Лену, поглядывая на Мишку.

МИШКА. Не трогай ее, скотина!

РЕНАТ. Стоять! Ленхен, а он ревнует! Может быть, он тебя даже и любит? Ну, поговори с ним, поговори! Покажи, что любишь его!

Насильно складывает Ленины руки в знак «Я тебя очень люблю!» В этот миг девушка похожа на марионетку.

ЛЕНА. Ми-ишка… Неужели ты все делал только ради этих проклятых денег?

МИШКА. А ты?

ЛЕНА. Я?.. Сначала – да, а потом – нет…

МИШКА. И я тоже: сначала – да, а потом – нет…

РЕНАТ. А я с самого начала делал это ради денег. И деньги эти пойдут на борьбу с вашим уродом-адмиралом! Мы еще погуляем на его похоронах!

ЮРЯТИН (по мегафону) Кто это – мы?

РНЕНАТ ХУЗИН. Мы – тигры демократии! Вертолет!

ЮРЯТИН. Будет тебе вертолет. Но взамен ты отдашь нам Принцессу!

РЕНАТ. Договорились!

МИШКА. Я ему не верю!

РЕНАТ. Честное террористическое!

ЮРЯТИН (в мегафон) Мы согласны!

РЕНАТ. А куда же ты денешься, хряк с околышем! Снайперов только убери!

ЮРЯТИН (в мегафон) Какие снайперы? Где снайперы?

РЕНАТ. На деревьях. Или, ты думаешь это птицы? Грачи прилетели. С оптическими винтовками в клювах. Убирай! А то ведь у меня нервная система подорвана подпольем. Могу психануть и шлепнуть твоего Свинопаса с Принцессой. А у нее в ветреной головке есть одна очень важная информация…

ЮРЯТИН (в мегафон) Хорошо! Грачи, грачи! Я - Орел, я - Орел. Отбой!

    Слышен топот. Через сцену, держа всех на прицеле, уходят снайперы. ц…

РЕНАТ. Теперь можно передохнуть. Даосские мудрецы называют это «у-вэй». Что по-русски означает «расслабуха».

     Сажает себе Лену на колени, выставив из-под ее руки автомат.

МИШКА. Лена, с ним всё в порядке?

РЕНАТ. Со мной все отлично!

МИШКА. Не с тобой, а с моим ребенком!

РЕНАТ. А что с ним может случиться, если его никогда не было! Это я придумал, чтобы ты покрепче на крючок сел. Оцени игру мысли!

МИШКА. Как не было? Лена! Как это не было? Врешь, гад! Лена, он врет?! (Девушка молчит) Зачем же ты меня обманывала?

ЛЕНА. Ты меня тоже обманывал…

МИШКА. Но я же тебя обманывал совсем по-другому…

ЛЕНА. Какая разница – как!!

МИШКА. Меня заставили.

ЛЕНА. Меня тоже.

Над ними прошел вертолет. Гул.

РЕНАТ. Отчего люди не летают? Как ты, Лен, думаешь? Может быть, не убивать его? Может, воспитаешь из него джентльмена, с которым не стыдно показаться в Уайльдовском обществе?

                           Сверху спускается веревочная лестница..

ЮРЯТИН (из засады) Хузин, действуем, как договорились!

РЕНАТ. Конечно! А ну-ка, леди, лезьте в кабину!

ЮРЯТИН (по мегафону) Хузин, ты обещал! Так нельзя! Ты же демократ!

РЕНАТ. Демократия - всего лишь обман, в который очень хочется верить! Пока Принцесса со мной, вы мне ничего не сделаете! (Лене) Лезь, а то пристрелю твоего Свинопаса!

Ренат тянет ее за собой по веревочной лестнице.

МИШКА (в отчаянье) Ренат, ты не пра-а-ав!

   Как по команде выскакивают спецнацгвардейцы. Ренат укладывает их из автомата, но при этом выпускает из рук Лену. Она спрыгивает на землю. Ренат направляет автомат на Мишку. Лена бросается между ними и получает очередь в живот. Мишка выхватывает пистолет, спрятанный на щиколотке под штаниной, и убивает Рената

                         СЦЕНА 26. ПЕРЕДЕЛКИНО.

   Мишка склоняется над раненой Леной.

ЛЕНА. Ми-ишка!

МИШКА. Я здесь… здесь!

ЛЕНА: Ми-ишка… Там везде травка и газоны… Ми-ишка, не исчезай!

МИШКА. Я здесь!

ЛЕНА. Мишка, я хочу сказать тебе одну вещь…

                           Подбегает Юрятин, бьет ногой труп Хузина..

ЮРЯТИН. У-у, падаль тигриная! Жива?

ЛЕНА (шепча в беспамятстве ) Yet each man кills the thing he loves, by each let this be heard…

МИШКА. Что она говорит?

ЮРЯТИН. «Любимых убивают все, обычай есть такой…» Бредит по-английски. Она сказала тебе?

МИШКА. Скорее врача!

ЮРЯТИН. Она сказала тебе?

МИШКА. Да…

ЮРЯТИН. Запомнил?

МИШКА. Как учили…

ЮРЯТИН. Диктуй!

МИШКА. Эдинбург, VCCA…

ЮРЯТИН. Тише! Гостайна!

Юрятин озирается, Мишка продолжает ему докладывать на ухо. Подъесаул записывает и убегает. Мишка склоняется над Леной.

МИШКА (вдогонку) Врача, вызовите врача! Лена! Не умирай! Я тебя люблю!

ЛЕНА. Я тебя тоже очень люблю. Мы уедем в Англию. Я познакомлю тебя с лордом Уиндерфильдом… (снова начинает бредить) Yet each man rills the thing he loves, by each let this be heard…

Появляются два санитара с носилками, осматривают Лену, вставляют ей капельницу.

МИШКА. Слава Богу! Так быстро! Я думал, вы целый час будете ехать.

1-Й САНИТАР. Так ведь нам теперь все дорогу уступают. Долетели вмиг!

2-Й САНИТАР. После особого приказа Избавителя у всех, кто препятствует движению «скорой помощи», забирают литр крови. Ездим, как ветер, и кровь для переливания всегда есть!

1-Й САНИТАР. Спасибо, дожили до настоящего царя! Навел порядок!

2-Й. (ощупывая Лену) А девушка случайно не в положении?

МИШКА. Нет! Не знаю…

1-1 САНИТАР. Довезем – разберемся!

Кладут Лену, потерявшую сознание, на носилки. .

2-Й САНИТАР. Она тебе кто?

МИШКА. Всё!

1-Й САНИТАР. Тогда молись, парень! Главное довезти!

Санитары уносят Лену. Вбегает Юрятин.

ЮРЯТИН. Ты, ничего не перепутал?

МИШКА. Только бы успели! Только бы довезли…

ЮРЯТИН. Подпоручик Курылев, я вас спрашиваю: вы ничего не перепутали!

МИШКА. Нет, все точно. А в чем дело? Нет такого счета?

ЮРЯТИН. Счет-то есть. Но последние деньги с него третьего дня сняли…

МИШКА. Кто снял?

ЮРЯТИН. Выясняют.

МИШКА. Что же делать?

ЮРЯТИН. Застрелиться двумя пулями в затылок…

                       

                       СЦЕНА 27. КРЕМЛЬ.

За столом сидят Избавитель, Помнацбес и Джессика. Прислуживает Клавдия Кокошникова, одетая на русский манер. Адмирал хохочет до слез. Джессика непонимающе улыбается.

АДМИРАЛ РЫК. Значит, говоришь, изолянт № 62 остатки стабфонда в «Осинке» профинтил? Ой, не могу!.. Ну, прощелыга!

ДЖЕССИКА. Что есть «прощелыга»?

ПОМНАЦБЕС. А вad man.

АДМИРАЛ РЫК. А как же он секретный счет узнал-то?

ПОМНАЦБЕС. Неизвестно. Одно слово: демокрады…

АДМИРАЛ РЫК. Ладно, обойдемся. Во-первых, так или иначе, а денежки все равно теперь у нас. Во-вторых, Америка первый транш за Аляску перечислила. Перекрутимся. Жаль только Бузинского не прищучили…

ПОМНАЦБЕС. Без надобности теперь.

АДМИРАЛ РЫК. А что так?

ПОМНАЦБЕС. Грибков намедни поел. А в Англии с экологией совсем беда. Грибы полоний в себе накапливают. Помер Бузинский! За десертом.

АДМИРАЛ РЫК. Вот и славно! Но какой у нас все-таки народ талантливый! Простой русский офицер втюрил в себя аж выпускницу Кембриджа! Покажи мне как-нибудь этого Свинопаса! Хочу познакомиться!

ПОМНАЦБЕС. Предвидел! Он ждет в приемной. Вместе с Юрятиным.

ДЖЕССИКА. Что есть «свинопас»?

ПОМНАЦБЕС. А Good man!

АДМИРАЛ РЫК. Зови!

                 Входит Юрятин и Мишка в новом мундире поручика/

ЮРЯТИН. Начальник спецотдела есаул Юрятин.

МИШКА. Поручик спецнацгвардии Курылев!

АДМИРАЛ РЫК. С повышением вас, ребята! Операция, мне доложили, прошла успешно. А что демократы - ворье, не ваша вина. Спасибо за службу!

МИШКА И ЮРЯТИН. Служим возрожденной России!

Джессика хлопает в ладоши, с интересом рассматривая Мишку, потом что-то шепчет Помнацбесу. Тот кивает. Адмирал Рык отводит Мишку в сторону.

АДМИРАЛ РЫК. Дай-ка я на тебя погляжу, «свинопасик»! (хлопнул Мишку по плечу) Как же ты умудрился «принцессу» охмурить? Поделись опытом! А то я, понимаешь, тут со своими бабами-то совсем запутался. Клавка с Колькой жить не хочет. Домоправительницей пришлось взять. Мажор-дамой! Галька Соловки взбунтовала. Хоть флот посылай! Джессика, якорь ей в печень, даром что Рюриковна, каждый день брачным договором в нос тычет. Сил нет! Ну, хоть ты порадуй меня - докладывай!

МИШКА. Сам не знаю, как вышло. Старался. Выполнял приказ.

АДМИРАЛ РЫК. Немногословен русский человек, но многотруден!

ПОМНАЦБЕС (подбежав) Разрешите записать и на растяжках по всей Москве!

АДМИРАЛ РЫК. Разрешаю. (Мишке) Ну и что ты за свою службу хочешь? Полцарства не обещаю: земля и недра снова принадлежат народу. Дочери у меня нет – только сын-нахимовец. А так – проси чего пожелаешь!

МИШКА. Мне бы избушку родительскую поправить…

АДМИРАЛ РЫК. И все?

МИШКА. И… и чтоб войны не было.

Помнацбес чуть заметно качает головой.

АДМИРАЛ РЫК. Войны не будет! Америка совсем скисла. А на избушку с курьей ножкой тебе выдадут. Даже на свадьбу останется! Только когда детишек будешь строгать, старайся через одного: принцесса – свинопас, принц – свинарка. Так оно для государства полезнее. Договорились?

МИШКА. Она умерла… Не довезли…

АДМИРАЛ РЫК. Извини, брат, не знал. Держись, ты же офицер!

МИШКА. Держусь, гоподарищ адмирал.

ПОМНАЦБЕС (тихо) Иван Петрович, извините, Джессика Малькольмовна предложила назначить поручика начальником ее личной охраны.

ДЖЕССИКА (радостно) Yes! Yes! Good man!

АДМИРАЛ РЫК. А что? Славная идея! Соглашайся!

МИШКА. Разрешите мне вернуться в Демгородок.

ПОМНАЦБЕС. Подумай хорошенько, Курылев! Такой шанс выпадает раз в жизни! (Выразительно смотрит на Джессику)

МИШКА. Позвольте мне вернуться в Демгородок. Прошу вас!

ПОМНАЦБЕС (ехидно) На ту же самую должность?

МИШКА. На ту же самую.

ПОМНАЦБЕС. Но почему?

МИШКА. Потому что ее там похоронили. Возле пруда…

АДМИРАЛ РЫК. Не горячись, парень! Я все понимаю. Любовь, она, как торпеда. Если попала – хана! Сразу килем вверх. Сам свою Гальку непутевую вспоминаю. Но ведь надо жить, Миша, жить! Есть другие женщины. Клавка, например. Женись! От себя отрываю!

ПОМНАЦБЕС. Иван Петрович, как же…

МИШКА. Спасибо, господарищ Адмирал, но я…

АДМИРАЛ РЫК. Ты погоди отказываться. Ты посмотри на нее! Готовит - язык проглотишь! А в постели… Скажи ему, Коля!

ПОМНАЦБЕС. Бери, дурак! Царский подарок!

АДМИРАЛ РЫК (громко) И голос у нее хороший. Клавдия, а ну спой!

КЛАВДИЯ (с угрозой). Спеть, Иван Петрович? А что?

АДМИРАЛ РЫК. А что душа просит!

КЛАВДИЯ. Душа? Ладно! (поет)

             Я надену кофту рябу,

             Рябую-разрябую…

             Кто полюбит мово Ваньку,

             Морду раскаря-я-я-ябую…

С этими словами Клавдия набрасывается на Джессику. Общая свалка.

                         СЦЕНА 28. КРЕМЛЬ-ДЕМГОРОДОК.

На сером камне с надписью «№55, №55-б» сидит Мишка и курит. У его ног лежит гофрированная кишка. Слышен перезвон колоколов. Появляется торжественная процессия. Впереди в царских одеждах Адмирал, Джессика. В свите: Галина, Клавдия, Помнацбес, Юрятин…

ПОМНАЦБЕС (торжественно) Народ! Избавитель Отечества Иван Петрович Рык и Джессика Малькольмовна Синеусофф, сочетавшись законным браком, короновались. Сбылась мечта народная: в России теперь есть царь! Рюрикович! Что же вы молчите? Кричите: да здравствует царь Иван Седьмой Долгожданный! Ура!

                          Молчание.

АДМИРАЛ РЫК. Безмолвствуют, якорь им в печень!?

ЮРЯТИН. Это от счастья!

АДМИРАЛ РЫК. Тогда - запевай!

ХОРОМ. Боже, царя храни!

                Сильный, державный…

АДМИРАЛ РЫК. Не то поете!

КЛАВДИЯ. А что спеть?

АДМИРАЛ РЫК.

                  Прощайте, скалистые горы,

                  На подвиг Отчизна зовет.

                  Мы вышли в открытое море -

                  В суровый и дальний поход…             

Хор подхватывает. Мишка встает с камня, гасит сигарету и с усилием начинает тянуть гофрированную кишку. Сначала к нему присоединяются один за другим изолянты, потом царская свита во главе с самодержцем. Все поют.

ХОРОМ.   А волны и стонут, и плачут,

                   И бьются о борт корабля.

                   Растаял в далеком тумане Рыбачий,

                   Последняя наша земля…

                       

                                Занавес.

                                                       2007 ГОД