Драматургия

Юрий Поляков (род. в 1954 г.) – один из ведущих современных русских драматургов. Его пьесы, а также инсценировки его прозы широко ставятся в России, СНГ, а также за рубежом. В одной Москве в настоящее время идет семь спектаклей «Хомо эректус», «Чемоданчик» - Театр Сатиры, «Контрольный выстрел», «Грибной царь», «Как боги» - МХАТ им. Горького, «Одноклассники» - Театр Российской Армии, «Он, она, они» («Женщины без границ») – театр «Модерн». Многие спектакли держатся в репертуаре годами и даже десятилетиями. Так, «Хомо эректус» сыгран в Театре Сатиры более 300 раз, с 2001 года не покидает сцены МХАТ «Контрольный выстрел», поставленный Ст. Говорухиным. Но абсолютный рекорд - это инсценировка «Козленок в молоке», сыгранная в театре имени Рубена Симонова на аншлагах 560 раз!

В ноябре 2015 года при поддержке Министерства культура РФ прошел Международный театральный фестиваль «Смотрины», целиком посвященный творчеству драматурга. За две недели на сцене «Модерна» было сыграно двенадцать спектаклей, привезенных в Москву из Нижнего Новгорода, Кирова, Пензы, Белгорода, Еревана, Петербурга, Кечкемета (Венгрия), Костромы, Чимкента (Казахстан), Симферополя, Московской области и т.д.. «Заочно» пьесы Полякова на своих сценах в рамках фестиваля показали еще пятнадцать театров от Владикавказа до Хабаровска. 

 Пьесы Ю. Полякова выходили отдельными изданиями:
«Левая грудь Афродиты», «Молодая гвардия», 2002
«Хомо эректус», «Росмэн», 2005
«Одноклассники», АСТ, 2009
«Женщины без границ», АСТ, 2011
«Как боги», АСТ, 2014
«Чемоданчик», «У Никитских ворот», 2015
По вопросам сотрудничества
обращайтесь:
polyakov@lgz.ru тел. 84997880056

yuripolyakov@inbox.ru

polyakova-alina@mail.ru (916) 6200582


Грибной царь (авторская инсценировка)

                          ГРИБНОЙ ЦАРЬ

                        

                                        Пьеса в двух актах

                  По мотивам одноименного романа Юрия Полякова     

                                    

                 ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Свирельников Михаил Дмитриевич – владелец фирмы «Сантехуют»

Антонина - его бывшая жена.

Алёна – его дочь, студентка.

Светлана – его любовница, студентка.

Нона – его секретарша.

Дед Благушин – его дедушка.

Федор – его брат.

Мать Свирельникова.

Весёлкин – его бывший компаньон.

Алипанов – его «крыша»

Волнухин Виктор – друг его детства.

Анна – жена Виктора.

Ирина Алексеевна - мать Светланы

Юрист

Чиновник-юбиляр.

Секретарша юбиляра

Грибник.

Ректор

Отец Вениамин.

Вадик – редактор «Московского наблюдателя»

Консьержка.

Доктор

Бритоголовый.

Толстяк.

Брюнетка и блондинка – проститутки.

«Английский газон» - предприниматель.

                                   

                                

                      ПЕРВЫЙ АКТ

                                      ПРОЛОГ

                                                 

    Свирельников, взрослый мужчина, по-детски спит на землее.       

             Появляется Дед Благушин с корзиной.           

Дед Благушин. Вставай, внучек! Вставай! Видишь, солнышко тоже встает. Пошли Грибного царя искать! Найдем - желание загадаешь!

Свирельников. А какое, дедушка, желание?

Дед Благушин. А какое хошь!

Свирельников. Какое, дедушка?

Дед Благушин. Какое хошь!

                    

                   Дед уходит.

Свирельников (вставая) Однако грибов-то и не было. Совсем. Я уже решил повернуть из лесу домой, но вдруг увидел невдалеке прогалину, такую светлую, словно откуда-то сверху, как в театре, бил луч прожектора. Я сделал несколько шагов и замер: поляна была сплошь покрыта грибами, словно мостовая булыжниками. Исключительно белыми! Я бросился на поляну… Когда не осталось ни одного боровика, я заметил: все собранные мною грибы абсолютно одинаковые, и у каждого в одном и том же месте - подживший след от слизня… Вдруг мне показалось, грибы шевелятся в корзине, словно у них внутри идет какая-то невидимая, мелочная, но очень опасная работа. Я осторожно разломил шляпку и обомлел: вся мякоть была изрыта серыми червоточинами, и там копошились, извиваясь, крошечные черные гадючки. Я даже рассмотрел узоры на спинках. Одна из тварей странно увеличилась в размерах и прянула мне в лицо. Отбросив корзину, не разбирая дороги, я бросился напролом сквозь чащу. Стало трудно дышать, а грудь пронзила жуткая боль. Я разорвал на себе свитер и увидел, что гадюки неведомым образом уже перебрались на мое тело и успели прорыть во мне серые, извилистые ходы…

        Я страшно закричал и тотчас проснулся….

       

                                              1.

Затемнение. Гостиничный номер со следами недавнего разгула. Кроме Свирельникова, в номере две девицы – блондинка и брюнетка.

Брюнетка. Проснулся!

Блондинка. Жив?

Свирельников. Кажется…

Блондинка. Вы так кричали во сне, Михаил Дмитриевич! Мы даже испугались!

Свирельников. Кричал? Да… Мне приснилось… Чепуха какая-то. Грибы со змеями…

Блондинка. Вы, наверное, до нас в китайский ресторан ходили?

Свирельников. Почему в китайский? Ах, ну да… Сильно мы вчера?

Блондинка. А вы, Михаил Дмитриевич, разве ничего не помните?

Свирельников. Почти ничего.

Блондинка. И что за вами вчера кто-то следил, не помните?

Брюнетка. Бритоголовый в красной куртке.

Свирельников (испуганно) Откуда вы знаете?

Блондинка. Сами рассказывали.                                          

Брюнетка. Ну что, Михаил Дмитриевич, платить-то будем?

Свирельников. За что?

Брюнетка. За все.

Свирельников. А разве не заплатили?

Блондинка. Нет. Друг ваш только аванс отдал.

Свирельников. Странно! Сколько же я должен?

Брюнетка. Значит, так… (смотрит на часы) Сейчас без пятнадцати семь. Сколько за час – помните?

Свирельников (неуверенно) Помню…

Брюнетка. Вы нас в половине двенадцатого сняли. Умножаем на восемь и на два.

Свирельников. Почему на два?

Брюнетка. Нас же двое.

Свирельников. А-а-а! Ну конечно…

Блондинка (мигнув подруге) И еще на два.

Свирельников. Почему еще на два?

Брюнетка. Ну, вас ведь тоже двое. Вычитаем задаток – получается…

Свирельников. (озадаченный суммой) Ты хорошо считаешь!

Брюнетка. Я бухгалтерские курсы окончила.

Свирельников расплачивается.

Блондинка. А за вредность?

Свирельников. За что-о? (Блондинка шепчет ему на ухо) Это я?

Блондинка. Нет, ваш друг.

Свирельников. (нехотя расплачиваясь) А где… он?

Брюнетка. Уехал. Давно.

Блондинка. Сказал, жена ждет.

Свирельников. Какая жена? Он же холостой!

Брюнетка. Значит, наврал!

Девицы, смеясь, убегают, пока облапошенный клиент не спохватился. ходят.

                      

                                                      2.

Свирельников выходит из отеля на улицу и видит своего преследователя – молодого парня в красной куртке. Тот нагло усмехается и торопливо уходит. Свирельников шарит по карманам, достает телефон. Звонит. В круге света появляется человек в плаще, это бывший следователь Алипанов.

.  

Алипанов. Алло! Алло!

Свирельников. Это я. Все в порядке! Фетюгин вчера почти весь долг отдал. За ним только десятка осталась. Обещал через неделю. Спасибо тебе, друг!

Алипанов. Ну, вот, а ты боялся!

Свирельников. Готов соответствовать.

Алипанов. Давай завтра. Заодно и пообедаем.

Свирельников. А если сегодня? Есть проблемы.

Алипанов. Что такое?

Свирельников. Сам не пойму…

Алипанов. Серьезные проблемы-то?

Свирельников. Серьезные.

Алипанов. Конкретней!

Свирельников. Кажется, за мной следят.

Алипанов. Кажется или следят? Подумай! Большая разница. Я внятен?

Свирельников. Следят.

Алипанов. Та-ак… В девять где будешь?

Свирельников. В поликлинике.

Алипанов. Заболел?

Свирельников. Профилактика.

Алипанов. Все болезни от профилактики. Где поликлиника?

Свирельников. Большой Златоустинский переулок.

Алипанов. Договорились. Я тебя там найду.

       

                                                 

                          

                                                  3.

    Во время разговора с Алипановым Свирельников оказывается дома, меняет галстук, пьет с отвращением шипучий аспирин и торопится к выходу, сталкиваясь с консьержкой.

Консьержка. Михаил Дмитриевич! Михаил Дмитриевич! В нашем подъезде готовится ограбление!

Свирельников. Почему вы так решили?

Консьержка. Я только что разговаривала с этим… с наводчиком!

Свирельников. А как вы определили, что он наводчик?

Консьержка. Я всегда на посту. Но тут, понимаете, отошла покормить белую кошечку. Такую маленькую. Она никогда вместе с другими к блюдечку не подходит. Индивидуальность! Я тоже, знаете, в театре держалась немного в стороне. Меня считали гордячкой. Но это не так! Я просто не люблю толпу… Конечно, если бы я вела себя по-другому, у меня были бы настоящие роли. И творческая судьба сложилась бы иначе! Но продавать себя даже за интересные роли?! Никогда!

Свирельников. А что же наводчик?

Консьержка. Да, разумеется… Я отошла покормить беленькую кошечку. Она всегда прячется в золотых шарах. Возможно, ей просто нравится запах этих растений. Запахи, кстати, имеют огромное значение в жизни. Знаете, в меня был страстно влюблен очень известный кинорежиссер, предлагал руку, сердце и роли, но мне ужасно, просто до мигрени, не нравился его запах, и я отказала. Вы читали «Парфюмер» Зюскинда?

Свирельников. Нет, не читал.

Консьержка. Напрасно! Очень поучительная книга! Значит, я пошла искать беленькую кошечку в золотые шары, а под дверь подложила камень, чтобы не захлопнулась дверь…

Свирельников. Ах, камень!

Консьержка. Да, камень. У меня есть специальный булыжник. Кругленький. На всякий случай. Раньше такими булыжниками была вымощена вся Москва! Я вот иногда думаю, куда они все подевались, когда положили асфальт? Это же миллионы булыжников! Я помню, рабочие их выковыривали, грузили на машины и увозили. А куда увозили? Но с другой стороны, куда подевались миллионы людей, умерших с тех пор, как положили асфальт, мне совсем не интересно. Странно, правда?

Свирельников. Ничего странного. Куда девались люди, мы с вами знаем. А булыжники… В Москве миллионы дверей, если каждую подпирают камнем, когда идут кормить кошечек… (смотрит на часы)

Консьержка (обиженно) Насколько я понимаю, это ирония?

Свирельников. Возможно.

Консьержка. Ну, да, время – деньги. Поговорить с человеком уже некогда…

Свирельников. С удовольствием с вами бы поговорил, но я к врачу записан.

Консьержка. Мой первый муж всегда говорил: у хороших людей болит сердце, а у плохих – желудок. Он умер от диабета. А наводчик увидел, что дверь открыта, и шмыг! Я ему кричу: «Молодой человек, вы к кому?» А он делает вид, что не слышит. Я поставила блюдечко и догнала его у самого лифта. Снова спрашиваю: «Вы к кому?» Он: «К знакомой…» Я: «В какой квартире проживает ваша знакомая?» Он: «Не ваше дело!» А я: «Нет, как раз мое дело! Мне за это деньги платят!»

Свирельников. Неужели? Я думал, за кошечек. А как он был одет?

Консьержка. В джинсах и в красной ветровке.

Свирельников. Бритоголовый?

Консьержка. Да! Вы его знаете?

Свирельников. Нет. И куда же он делся?

Консьержка. Ушел. Я пригрозила: вызову милицию, а он сказал, что сам из органов, и ушел. А вот объясните мне, Михаил Дмитриевич! Раньше тоже брились наголо. Но это мне понятно: работали, Отечеству так служили, что шевелюрой заняться некогда! И ведь порядок был! А эти-то зачем бреются? Они-то чем таким уж заняты? Страну развалили, кругом жулики, предатели и агенты влияния… Может, в милицию позвонить, спросить, работает у них такой?

Свирельников. Не надо.

Консьержка. А же что делать?

Свирельников. Дверь камнем не подпирать!

                   Он смотрит на часы и убегает, опаздывая.

Консьержка (вдогонку) А все-таки, куда же увезли эти булыжники? Их было так много!

                                                 4.

        

         Свирельников идет по улице, навстречу ему попадаются уже знакомые люди – ночные девицы, бритоголовый… Все они по другому одеты, как бы замаскированы. Но это они! Свирельников вбегает в кабине врача, падает в кресло и, держась за сердце, пытается отдышаться. Врач разглядывает гирлянду кардиограммы, потом слушает пациента стетоскопом.

Доктор. М-да, уважаемый герой капиталистического труда! Не бережете вы себя!

Свирельников. А что такое?

Доктор. Относитесь к организму с преступной халатностью! Шумы-то у вас нехорошие

Свирельников. Неужели так плохо?

Доктор. Не здорово!

Свирельников. Что делать?

Доктор. Для начала – ничего не делать. По крайней мере – недельку. Стрессы были?

Свирельников. Конечно. Как же без стрессов? Но ваши таблеточки я пил. Каждый день. Уже кончаются.

Доктор. Таблеточки я выпишу. Не проблема. Но беречь себя когда будете? Чем вчера занимались? Выпивали?

Свирельников. Заметно?

Доктор. А то! Выхлоп за метр чувствуется! Еще что-нибудь было?

Свирельникв (смущаясь)   Было..

Доктор. Напрасно улыбаетесь! Мы живем с вами в эпоху даже не эпидемии, а пандемии вензаболеваний! Вирусы мутируют так, что мочеполовая инфекция, от которой лет пятнадцать назад вы избавились бы с помощью десятка таблеток, теперь требует упорного лечения и дает тяжелейшие осложнения. Девяносто процентов населения с мочеполовыми инфекциями.

Свирельников. Неужели, девяносто!?

Доктор. Может, и больше. Разве можно так рисковать? Вы думаете, почему после античного сексуального беспредела пришли христиане с их умерщвлением плоти и осуждением похоти? Да потому что человечество таким образом спасало себя от исчезновения! Вспомните, как умирали римские императоры! Они покрывались язвами и страдали отеками! Явные последствия непролеченных половых инфекций. А вы?! Разве так можно! (улыбаясь) Напугал?

Свирельников. Напугали.

Доктор. Предохранялись?

Свирельников. Разумеется! И вообще, мне кажется, я только пил….

Доктор. Посмотрим… Вам надо срочно передохнуть.

Свирельников. А я и собирался. В Испанию…

Доктор. Знаем мы эти Испании! Жара. Алкоголь. И коитус континиус. Свирельников. Что?

Доктор. Половые излишества. Обследоваться вам надо хорошенько. До Испании! Поняли? До!

Свирельников. Обязательно.

Доктор. И в интимной жизни, рекомендую не напрягаться.

Свирельников. Совсем?

Доктор. Почему же совсем? Если без эксцессов и с проверенным партнером, физическая любовь оздоровляет организм, повышает иммунитет, тренирует сердце, уменьшает содержание холестерина….

Свирельников. Спасибо! (протягивает деньги)

Доктор. Ну, это даже многовато.

Свирельников. Зато теперь я знаю, отчего умирали римские императоры. До свиданья!

Доктор. До свиданья…

                                                       5.

   Свирельников выходит от доктора и, озираясь, ждет свою «крышу». Вокруг снуют знакомые незнакомцы. Алипанов, как и положено оперу, появляется неожиданно, со спины.

Алипанов. Ни с места! Мы все про вас знаем!

Свирельников. Фу, черт, напугал!

      Они садятся на лавочку. Свирельников вынимает из кейса пакет с деньгами. Алипанов, не пересчитывая, убирает пакет в боковой карман.

Алипанов. Как договаривались?

Свирельников. Как договаривались. За мной следят.

Алипанов. Пил вчера?

Свирельников. Ну и что?

Алипанов. Так, ничего…

Свирельников. Нет, мне не кажется! Я еще вчера возле отеля заметил.

Алипанов. Возле какого отеля?

Свирельников. На Патриарших.

Алипанов. Знаю. Отель типа бордель. А что ты там делал?

Свирельников. Отдыхал. Утром выхожу: те же самые «Жигули» и парень тот же самый…

Алипанов. Та-ак! С этого места подробнее, пожалуйста! Номер машины запомнил?

Свирельников. Нет.

Алипанов. Как «Жигуль» выглядел?

Свирельников. Серый. Старая «копейка».

Алипанов. Водителя рассмотрел?

Свирельников. Рассмотрел: молодой, бритоголовый, в красной ветровке.

Алипанов. В красной?

Свирельников. В красной. Он потом проследил меня до дома и хотел даже в мой подъезд зайти, но консьержка не пустила. Сказала, милицию вызовет. А он ответил, что сам оттуда.

Алипанов. Да ну? И удостоверение показал?

Свирельников. Нет. Убежал.

Алипанов. Ясно. А что ты в отеле забыл?

Свирельников. Я с Веселкиным мирился. Он от «Фили-паласа» отказался. В мою пользу.

Алипанов. Почему?

Свирельников.   Понял, наверное, что его фирма не потянет.

Алипанов. А твой «Сантехуют» потянет?

Свирельников. Конечно! Я пятнадцать лет на рынке!

Алипанов. С девушками, конечно, гуляли? Кто заказывал?

Свирельников. Он.

Алипанов. А расплачивался?

Свирельников. Я

Алипанов. Полностью рассчитался?

Свирельников. Полностью. Даже за вредность.

Алипанов. О как! Можешь узнать, по какому телефону он их вызвонил?

Свирельников. Могу.

Алипанов. Узнай!

Свирельников. Зачем?

Алипанов. На всякий случай. Может, подстава. Наводчицы. Но тогда бы они домой к тебе напросились. Нет, скорее: кто-то расписание твое изучает, маршруты отслеживает, прикидывает…

Свирельников. Кто? Что прикидывает?

Алипанов. Пока не знаю. Может, менты тебя в разработку взяли, а может, просто грабануть хотят. Или грохнуть. Прикидывают, где удобнее.

Свирельников. Грохнуть? Меня! За что?

Алипанов. Значит, есть за что!

Свирельников. Слушай, ты так спокойно про это говоришь…

Алипанов. Да подожди ты! Я пошутил. Может, это и не то совсем.

Свирельников. А что?

Алипанов. Да что угодно! Например, тебя с кем-то могли перепутать. Ошиблись… Жена могла нанять. Ты с Антониной развелся?

Свирельников. Нет еще.

Алипанов. Ну, вот, пожалуйста: соберет она на тебя компромат и обует в суде за моральный ущерб по полной программе!

Свирельников. Нет! Я ее знаю. Она на такое не способна!

Алипанов. Запомни, Михаил Дмитриевич, бывшие жены способны на все!

Свирельников. Нет, исключено!

Алипанов. Ладно – исключаем. Веселкин мог нанять?

Свирельников. Раньше, наверное, мог. А теперь-то зачем? Я же русским языком объяснил: от «Филей» он сам отказался! Мы с ним вчера…

Алипанов. Ладно, ладно, успокойся! Помню: и за вредность заплатил. Ты что сегодня такой нервный? Не выспался?

Свирельников. И не выспался тоже. Я должен знать, кто за мной следит!

Алипанов. Дай мне время до вечера. Сам, кстати, тоже подумай, может, обидел кого, долг не вернул или не поделился честно? По телефону никаких угроз не было? Не обязательно вчера, месяц назад, год…

Свирельников. Нет. А долги я всегда отдаю.

Алипанов. Знаю. Ладно, будем думать-соображать. Если сам что-нибудь вспомнишь, сразу звони. Только плохих слов по телефону не говори! Говори намеками – пойму. Я читал, что каждое сказанное слово улетает в космос и там вращается.

Свирельников. Мысли, между прочим, тоже!

Алипанов. Ну, тогда – всем нам кердык!

Свирельников. Почему? Есть же порядочные люди!

Алипанов. В делах есть, в словах есть, а в мыслях нет. Ладно, вечером встретимся, все обсудим, заодно и мой гонорар обговорим.

Свирельников. А может…

Алипанов. В милицию заявить? Попробуй! Думаешь, они тобой бесплатно заниматься будут?

Свирельников. Нет, конечно, но все-таки… специалисты…

Алипанов. Михаил Дмитриевич, ты что-то сегодня совсем плохой! Мы были специалисты! Мы! Поэтому нас всех и разогнали, чтобы страну спокойно разворовать. А тем, кто сейчас там работает, на тебя и на службу наплевать! Но платить придется много, очень много, потому что им еще с начальством надо делиться. А я один, и у меня гибкая система скидок для старых друзей. Так что со мной надежнее и дешевле! Я внятен?

Свирельников. Нет, я не это хотел… Ты меня сбил… Может, мне лучше дома отсидеться?

Алипанов. Даже если тебя и заказали, в чем я глубоко сомневаюсь, киллер пока лишь на первом этапе. Ведь ты пойми: тебя не просто надо убить, тебя надо так убить, чтобы никто потом не докопался ни до заказчика, ни до исполнителей. А такие ликвидации за один день не готовятся. Ты точно эти «Жигули» только вчера увидел?

Свирельников. Да, кажется, вчера. Не помню…

Алипанов. Тогда сегодня гуляй спокойно! Если «жигуль» снова появится, постарайся запомнить номер!

Свирельников. А на работу мне хотя бы можно?

Алипанов. Конечно! Живи как обычно. Но по сторонам поглядывай. Я внятен?

                                                         6.

       Алипанов сливается с толпой прохожих. Свирельников входит в офис «Сантехуюта». Его встречает секретарша Нона.

Свирельников. Здравствуй Нона! Чего грустишь?

Нона. Без вас я всегда грущу!

Свирельников. Да ладно! Муж обижает?

Нона. Что там муж? Ест и спит. Парень мой задурил, учиться не хочет…

Свирельников. А чего хочет – работать?

Нона. Ничего не хочет. У матери на шее хочет сидеть.

Свирельников. Отец-то с ним разговаривал?

Нона. А-а! Какой там разговор? Не возьму на рыбалку. Испугал!

Свирельников. Что там у нас сегодня?

Нона (раскрывая блокнот) Сейчас к вам юрист - Григорий Маркович. Потом вы поздравляете с 60-летием начальника гостиничного департамента.

Свирельников. Да, точно! Цветы?

Нона. Есть. Для подарка я красивую коробку купила.

Свирельников. Умница, ты моя! Кто звонил?

Нона. Отец Вениамин, несколько раз, просил напомнить про болтики.

Свирельников. Ах! Да! Забыл! Позвони на «Фрезер», Павлу Никитичу. Попроси забросить ему два ящика. Потом рассчитаемся. Отцу Вениамину отзвони, скажи, обязательно к нему заскочу…

Нона. Из «Московского наблюдателя» звонили.

Свирельников. Этим-то что надо?

Нона. Фельетон про наш «Сантехуют» хотят напечатать.

Свирельников. Час от часу не легче! Это всё?

Нона. Нет еще… вас искала мама, просила срочно приехать, что-то там, опять с вашим братом.

Свирельников (мрачнея) Ясно. Спасибо. Зови юриста!

                                                7.

В кабинет входит Григорий Маркович.

Свирельников. Ну, как у нас дела?.

Юрист. Дожимаем, Михаил Дмитриевич. Главное – доказать, что договор с «Астартой» – юридически ничтожен.

Свирельников. Докажем?

Юрист. Думаю, да. Отдал документы на экспертизу очень серьезным людям и получил обнадеживающее заключение. Подготовил встречный иск. Вот прочтите!

Свирельников (берет странички, читает) Иск уже подали?

Юрист. Подал. Судья вынесет частное определение. В нашу пользу.

Свирельников. Сколько мы должны судье?

Юрист. Десять тысяч евро.

Свирельников. Уже перешли на евро? Раньше в долларах брали.

Свирельников достает деньги из дипломата.

Адвокат. После суда нужно будет занести еще пять тысяч.

Свирельников. А если после суда я не отдам?

Юрист. Отдам свои. Честь дороже!

Свирельников. Я пошутил.

Юрист. Я так и понял.

Свирельников. А вам, Григорий Маркович, тоже в евро?

Юрист. Мне лучше в рублях. Сыну новый компьютер обещал.

Свирельников. Будет целыми днями в «стрелялки» играть! Моей Алене замуж пора, а все в игры играет.

Юрист. Мой не будет!

Свирельников. А что, Григорий Маркович, может, по сто грамм за успех!

Юрист. Я до обеда не пью. До свиданья!

                                                     8.

   Юрист уходит. Появляется Нона с букетом и бархатной коробкой. Внутри кавказской кинжал. Свирельников проверяет клинок, заодно кладет в коробку пачку денег.

Свирельников. Хорош! Дарить жалко.

Нона (поправляя ему галстук) Ты еще вернешься сегодня?

Свирельников. Отпроситься хочешь?

Нона. Нет. Наоборот. Я соскучилась…

Свирельников. Я тоже.

Нона. Я звонила тебе вчера… поздно…

Свирельников. У меня были переговоры.

Нона. Я так и подумала.

Свирельников. Нон, может мне жениться?! 

Нона. Ну и правильно — нечего шляться.

                                                   9.

Затемнение. Приемная чиновника-юбиляра. В ожидании томятся с букетами Свирельников и владелец фирмы «Английский газон».

Английский газон. Значит, отдает он тебе «Фили-палас»?

Свирельников. Отдает.   

Английский газон. А что ты ему даришь?

Свирельников. Кубачинский кинжал. Эпоха Шамиля. А ты?

Английский газон. Рукописное Евангелие. 16 век. Переплет с речным жемчугом.

Свирельников. Ух, ты! Разбираешься!

       Появляется секретарша юбиляра, смотрит в бумажку

Секретарша. «Английский газон», заходите. Приготовиться «Сантехуюту».

    «Английский газон» скрывается в кабинете. Появляется Веселкин с огромным букетом.

Веселкин. Уф, чуть не опоздал. У них тут строго по записи. Миш, ты что даришь?

Свирельников. Кинжал. А ты?

Веселкин. Да так – ерунду. Ну, ты очухался?

Свирельников. А ты?

Веселкин. Еле стою. Озорные девчонки попались. Особенно светленькая. Без всяких яких!

Свирельников. Ты когда уехал?

Веселкин: В три.

Свирельников. А что так?

Веселкин. Надо было. Слушай, отвязался от тебя этот-то?

Свирельников. Кто?

Веселкин. Хрен на серых «Жигулях».

Свирельников. Откуда знаешь?

Веселкин. Ты же сам про него весь вечер рыдал! Следят… Травят..

Свирельников. Мне показалось…

Веселкин. Ты погоди! Может, и не показалось! (понизив голос) Понимаешь, меня к следователю вызывали. Из-за Горчакова. Помнишь председателя совета директоров «Химстройбанка»? Ну, его еще прямо в бане грохнули. Без всяких яких!

Свирельников. Да-а… В 98-ом. Неизвестно кто и неизвестно за что.

Веселкин. За что – известно: делиться надо. Я-то думал, все давно забыто и забито, а они снова. Не нравится мне это! Тебя еще не вызывали?

Свирельников. А почему меня должны вызвать?

Веселкин. Ну, кредит же ты брал.

Свирельников. Мы! Мы с тобой брали, Володя!

Веселкин. Мы. Но бумаги-то ты подписывал.

Свирельников. Ты тоже кое-что делал.

Веселкин. Ну, что ты сразу! Я же как лучше хочу! Так тебя вызывали?

Свирельников. Нет еще.

Веселкин. Странно. Может, это они за тобой и ездят. Последят, последят, а потом и вызовут. Ну, ладно. Ты хоть помнишь, что мы помирились?

Свирельников. Конечно! Вов, слушай, у тебя есть телефон этих девчонок?

Веселкин. Сперли что-нибудь?

Свирельников. Нет, хочу их одному хорошему человеку подарить на серебряную свадьбу.

Веселкин. Вот это правильно: девчонки огневые! Без всяких яких! Но телефон я куда-то засунул. В «Интим-инфо» посмотри, я оттуда брал. Кличут их «Веселыми незабудками», прикинь!

Появляется секретарша юбиляра.

Секретарша. «Сантехуют». Проходите. Приготовиться «Русскому джакузи».

                  

                            10.

   Свирельников входит в кабинет и почтительно приближается к чиновнику-юбиляру, вручает букет и коробку.

Свирельников. Поздравляю, Андрей Викторович!

Чиновник (заглядывая в коробку, видит деньги) Спасибо, спасибо, Михаил Дмитриевич, что вспомнил!

Свирельников. А это…вам в коллекцию! Кубачинский! Желаю такого же долголетия, как у этого кинжала…

Юбиляр улыбается, принимает кинжал с удовольствием. Гладит рукоять.

Чиновник. Разбираешься! Не переживай! Поддержим тебя! Получишь ты «Фили-палас». Я уже подписал.

Свирельников. Спасибо! Не подведу!

Чиновник. Но смотри! Объект серьезный! Если будет хоть одно нарекание по качеству сантехники!

Свирельников. Это исключено. Я на рынке пятнадцать лет!

Чиновник. Да зна-аем! Ветеран капиталистического труда! Главное не это. Ты ведь офицер в прошлом, как и я?

Свирельников. Так точно, товарищ генерал! Ракетные войска. Майор.

Чиновник. Тем более, Должен понимать: вчера коммунизм строили, сегодня – капитализм, завтра прикажут - еще что-нибудь построим. Ерунда все это! Мы с тобой, майор должны великую Россию строить. Как бы это теперь не называлось. Понял?

Свирельников. Понял!

                        Пожав руку юбиляру, он идет к выходу.

                      

                                                11.

Оказывается на улице и в толпе «знакомых незнакомцев» снова видит ухмыляющегося бритоголового в красной куртке. Свирельников достает телефон, набирает Алипанова.

Алипанов. Алло!

Свирельников. Это я.

Алипанов. Ну, как ты?

Свирельников. Слушай, он снова за мной следит.

Алипанов. Номер запомнил?

Свирельников. Нет, грязью замазан.

Алипанов. Грамотно.

Свирельников. А может, это по делу Корсакова. «Химстройбанк»… Помнишь?

Алипанов. Кто ж не помнит. Не каждый день. В бане убивают.

Свирельников. Веселкина уже вызывали. Может это они за мной ходят?

Алипанов. Странно. УБЭП я пробил. В разработке тебя нет. Они за тобой вообще не следили.

Свирельников. Это точно?

Алипанов. За такие деньги достоверность гарантируется.

Свирельников. Дорого берут?

Алипанов. Не дороже жизни. Потом скажу. Про девчонок узнал?

Свирельников. Да, они из «Веселых незабудок». Но думаю, тоже ни при чем.

Алипанов. Не скажи! Путанки наводчицами подрабатывают. Сбрасывают информацию бандюкам, а те потом разбираются. Если что – где тебя искать?

Свирельников. В «Московском наблюдателе».

Алипанов. Это правильно. Печать – огромная сила!

                                                        12.

Свирельников входит в редакцию, прямо в кабинет главного. Тот вычитывает полосы, не обращая внимания на вошедшего, потом поднимает голову.

Главный. Ну, наконец-то! Еще полчаса, и я подписал бы номер! Свирельников.   А что случилось?

Главный. Ты разве ничего не знаешь?

Свирельников. Нет. Секретарша передала, что я тебе срочно нужен?

Главный. Ты? Мне? Я в «Фили-паласе» унитазы ставить не собираюсь.

Свирельников. Да в чем дело-то?

Главный. Смотри и помни мою доброту! Вот читай завтрашний фельетон «Сантехнический триллер» - про твои чудеса с «Астартой».

    Свирельников быстро глазами пробегает текст.

Главный. Как? Сильно?

Свирельников. Совсем так было. И зачем ворошить эту старую историю?

Главный. Это ты в другом месте рассказывать будешь. Не дадут тебе «Фили-палас» после такой публикации! Факт!

Свирельников. Ну, ты и гад, Вадим Петрович!                         

Главный. Нам, шакалам свободы слова, тоже жить нужно!

         Свирельников достает из кейса деньги.

Свирельников. Живи!

Главный. За кого ты меня принимаешь? Убери сейчас же! Мы честная пресса и взяток не берем!

Свирельников. Это гуманитарный взнос.

Главный. На хрена мне твой гуманитарный взнос?

Свирельников. А что тебе нужно?

Главный. Другой разговор. Понимаешь, тут к нам побратимы приезжали из «Филадельфиийского колокола». По сравнению с моими писаками просто дебилы. Но ты объясни! Если мы такие умные, почему у нас всегда грязные, раздолбанные сортиры? Даже в редакциях и музеях! Поверишь, готов был сквозь землю провалиться. Ты меня понял?

Свирельников. Понял.

Главный. Поможешь?

Свирельников. Помогу.

Главный. Эх, жалко такой материал из номера снимать. Талантливая штука! Сейчас так не пишут. Выпьешь? У меня хорошее виски. 30 лет выдержки.

Свирельников. Давай!

                                                   

                                                    13

.

Когда Свирельников выходит от главного редактора, звонит телефон. Это Алипанов.

Свирельников (хмуро) Ну, что нового?

Алипанов. Ты чего такой злой?

Свирельников. Обули меня на десятку.

Алипанов. Кто?

Свирельников. Пресса.

Алипанов. Ну, это еще по-божески. Ничто не дается нам так легко и не стоит так дорого, как свобода слова. Докладываю: пробил я девчонок. Мой бывший подчиненный их крышует. Не при делах они. Отличницы производства сексуальных утех.

Свирельников. Я же тебе сразу сказал.

Алипанов. Доверяй, но проверяй. Теперь твоим Шутилкиным занимаюсь.

Свирельников. Не понял…

Алипанов. Хочу разобраться, почему его по делу Корсакова вызывали.

Свирельников. Ну, мало ли…

Алипанов. Объясняю. В Испании взяли киллера, который Корсакова завалил. Двенадцать лет прятался. Ну, не прятался, на вилле жил…

Свирельников. А Веселкин-то при чем?

Алипанов. Вот это я и хочу выяснить. Ты вообще-то сейчас где?

Свирельников. Да вот хочу мать проведать.

Алипанов. Какой же ты молодец! Я у своих в Казани год не был. Работа чертова! Вот с тобой закончу и слетаю…

                                                        14.

Свирельников с тортом и фруктами входит в родительскую квартиру. Навстречу бросается с криком мать.

Мать. Опять запил! Замучил. Ты хоть с ним поговори!

Свирельников. А толку?

Мать. Может, опять в больницу?

Свирельников. Ну конечно! Снова сбежит, а тебе наплетет, что его не так лечат.

Мать. Ну, что же делать, сынок? Ведь такой мальчик был, школу с медалью окончил, институт – с красным дипломом. А все Ирка-гадина! Сглазила она Феденьку! Знаешь, у него теперь какой бред?

Свирельников. Какой?

Мать. Заработаю, говорит, поеду в Германию и убью Вальтера, тогда Ирка сама ко мне вернется. Вот ведь, никак ее, сучку, не забудет!

Свирельников. Никуда он не поедет и никого не убьет.

Мать. Знаю… Жалко его, дурака!

Свирельников. Себя пожалей!

   Появляется пошатывающийся Федька с рюмкой и пьяно обнимает старшего брата.

Федька. Брат! Она не понимает. А ты понять должен!

Свирельников. Что я должен понять?

Федька. К чему движется цивилизация!

Свирельников. К чему?

Федька. К новой религии! К новому культу!

Мать. Ага! На бутылку молиться будете!

Федька. Молчи, женщина! Ты, брат, думаешь, новый культ – это какой-нибудь вшивый экуменизм или сайентизм? Нет! Это будет культ Великой и Сакральной Кнопки! На площадях воздвигнут храмы Великой Кнопки...

Мать. Господи, с ума сошел!

Свирельников. Почему кнопки?

Федька. Почему? А ты заметил, что большинство ведущих на телевидении теперь евреи, особенно в ток-шоу?

Свирельников. Ну и что?

Федька. Как «ну и что»? Ты русский или не русский?

Свирельников. Ну, и почему кнопка?

Федька. А почему евреи, тебе не интересно?

Свирельников. Не очень.

Федька. Зря! Ты читал Лурье?

Свирельников. Нет.

Федька. Ты не читал «Антисемитизм в Древнем мире»? Прочти! Я тебе дам.

Свирельников. Не хочется.

Федька. Напрасно, брат! Как говорят немцы, «Der Wunsch ist des Gedankens Vater!» Желание – отец мысли!

Мать. Я тебе дам «фатер-матер»! Что ты к брату привязался! Евреи виноваты, что ты пьянствуешь неделями? Евреи?!

Федька. Не пьянствую, справляю тризну по великой советской цивилизации.

Мать Щас как тресну тебя! Тризну…

Федька. А ты знаешь, брат, почему скопытился социализм? Я только сейчас это понял.

Свирельников. Догадываюсь.

Федька. Нет, не догадываешься. Его специально убили, чтобы разобраться: что в нем было не так. Знаешь, как покойников вскрывают и смотрят внутрь. Патологоанатом – лучший диагност! Разберутся и, когда снова будут социализм строить, ошибок уже не повторят. Понимаешь?

Свирельников. Не очень. Так почему все-таки – «кнопка»?

Федька. Очень просто! Дети сейчас что делают? Кнопки на компьютере нажимают. Больше ничего не умеют. Взрослые тем же занимаются. Мать, ты как теперь стираешь?

Мать. Как надо – так и стираю! Спасибо, Мишенька, новая машина хорошая, тихая! Никаких забот.

Федька. Нет, ты скажи! Белье с порошком загрузила, воду залила и что сделала?

Мать. Что надо – то и сделала.

Федька. Правильно! Кнопочку нажала! И все! И, как говорят итальянцы, dolce far niente! Сладкое безделье. Понимаешь, Майкл, скоро человечество разделится на две части: на тех, кто нажимает кнопки. Большинство. И тех, кто знает, что происходит, когда кнопку нажимают, и как ее отключить. Не надо ничего: ни классовой борьбы, ни идеологии, ни полиции, ни армии… Человечество само приползет на коленях и будет умолять: «О, великий и всемогущий, верни нам счастье нажимать кнопки! Мы готовы на все!» Майкл, а ты понял, кто будет владеть кнопками?

Свирельников. Евреи, очевидно!

Федька. Молодец, брат! В корень смотришь. Нет, не Народ Книги, а Народ Кнопки. Избранный!

Свирельников. Загнешься ведь от пьянства.

Федька. Загнусь, но не сломаюсь! Грибом не стану!

Свирельников. Каким еще грибом?

Федька. Который ворует чужой хлорофилл.

Свирельников. Лечить я тебя буду, Федька! По-настоящему.

Федька. Бесполезно, брат! От счастья вылечить невозможно…

   Федька, пошатываясь, уходит. Свирельников дает матери деньги.

Мать. Спасибо, Мишенка! Ведь умирать завтра будет, а работать не хочет. Просто беда! Школу с медалью окончил. С Тонькой-то не сошлись? Ты бы повинился…

Свирельников. Ну, о чем ты говоришь?

Мать. Прости, сынок, прости!

                                                 

                                                 15.

      Свирельников снова идет сквозь толпу «знакомых незнакомцев». Его внимание привлекает интеллигентного вида мужчина, продающий грибы.

Грибник. Вас что-то интересует?

Свирельников. Почем белые?

Грибник. Если все возьмете – за пятьсот отдам.

Свирельников. Возьму. Пакет есть?

Грибник. Найдем.

Свирельников (отдавая деньги) Где собирали, если не секрет?

Грибник. За Михневом.

Свирельников. А точнее?

Грибник. Точнее не могу. Коммерческая тайна!

Свирельников. Коммерческая? И что, на жизнь хватает?

Грибник. Вполне.

Свирельников. А зимой?

Грибник (складывая грибы в пакет) Зимой я преподаю.

Свирельников. Что?

Грибник. Неважно.

Свирельников. А какой самый большой белый находили?

Грибник. Самый? Ну, шляпка сантиметров тридцать… пять в диаметре.

Свирельников. Маловато. У Грибного царя сантиметров пятьдесят пять.

Грибник. Да, не меньше пятидесяти.

Свирельников (удивленно) А вы знаете про Грибного царя?

Грибник. Конечно, знаю. Все, кто нашим делом занимаются, знают про Грибного царя.

Свирельников. А находил кто-нибудь?

Грибник. Не слышал. А вы, если не секрет, откуда узнали? В источниках об этом вроде пока не писали.

Свирельников. Мой дед перед войной нашел.

Грибник. Где?

Свирельников. Под Кимрами.

Грибник. А! Там хорошие леса! Были. Ну и что он с ним сделал?

Свирельников. Съел, наверное.

Грибник. Нет, я в другом смысле. Что он попросил? Вы разве не знаете, что Грибной царь исполняет желания.

Свирельников. Да, дед, кажется, рассказывал. Я думал, он шутит. А какие желания? Любые?

Грибник. Нет, у Грибного царя нельзя просить бессмертия и смерти. Ни себе, ни другим. Все остальное можно. Интересно, что попросил ваш дед?

Свирельников. Не знаю. Но с войны он вернулся. Один на всю деревню. И прожил долго. Недавно умер. А что будет, если попросить бессмертье?

Грибник. Ну, а сами-то вы как думаете?

Свирельников. Честно говоря, никак.

Грибник. Это же просто. Старение, смерть и распад – процесс глобальный, энтропийный, эрго, чтобы его остановить, нужна энергия. А представляете, сколько потребуется энергии, чтобы остановить то, на чем держится мироздание?

Свирельников. Много.

Грибник. Правильно: энергия всего мироздания. Эрго, вся Вселенная, как в черную дыру, втянется в этого бессмертного счастливчика. И конец!

Свирельников. Вы меня, наверное, разыгрываете?

Грибник. Понятно, разыгрываю! За пакет еще десять рублей…

                                                16.

      Свирельников, задумчиво рассматривая покупку, отходит от продавца.  

Звонит мобильный. Это Алипанов.

Алипанов. Ты давно удивлялся?

Свирельников. Давно.

Алипанов. Так дивись, хлопец! У киллера в альбоме нашли фотографию. Там он с твоим Дразнилкиным в обнимку стоит. На Майорке. Понял, почему его вызвали? Удивился?

Свирельников. Не очень. Мы с Веселкиным вместе служили. Я его давно знаю: любит он со всеми обниматься и брататься. Такой человек…

Алипанов. Это я уже понял.

Свирельников. Но кто же тогда за мной следит?

Алипанов. А вот это вопрос действительно интересный! Мне надо подумать. Ты тоже подумай!

Свирельников. О чем?

Алипанов. О разном. Кому ты должен? Кто тебе должен? Может, к женам чужим приставал. Я внятен?

Свирельников. Скажешь тоже!

Алипанов. Ты где сейчас?

Свирельников. Я? В Матвеевском. В налоговой. Зашел. Надо…

                                             17.

    С этими словами он появляется в съемной квартире Светки.

Света: Ага, значит я теперь – налоговая инспекция! Ладно! С тебя налог!

Свирельников (обнимая девушку) Какой?

Света. Микки, мне у «Армани» одна куртка так понравилась. Очень!

Свирельников. В чем проблема?

Света. Дорогая!

Свирельников. Купи!

Света. Ой, Микки, спасибо! (бросается ему на шею)

Свирельников (устало) Есть хочешь? Я грибы принес.

Света. Хочу! Это белые?

Свирельников. Белее не бывает.

Света. А что с ними надо делать?

Свирельников. Кушать.

Света. Я, конечно, наивная чукотская девушка, но об этом и сама догадалась. Готовить-то их как?

Свирельников. Ты что, никогда грибы не готовила?

Света. Не- а!

Свирельников. Ну, хоть ела?

Света. Конечно. Шампиньоны. И еще такие – с длинными ножками.

Свирельников. Опята?

Света. Ага!

Свирельников. Нет, Светлана, ты не наивная чукотская девушка, ты городская невежественная курица.

Света. Понятно, начались упреки и необоснованные подозрения.

Свирельников. А ты грибы хоть раз собирала?

Света. Конечно! У нас в детском саду возле забора росли такие здоровые, с оборочкой на ножке, как на панталончиках у Алисы в Стране Чудес. Мы их рвали, а воспитательница ругалась, говорила: поганки.

Свирельников. Сама она поганка.

Света. Это точно!

Свирельников. Зонтики – грибы съедобные. В юном возрасте.

Света (вздохнув) Как женщины!

Свирельников. Не понял?

Света. Я сегодня нашла у себя седой волос.

Свирельников. Где?

Света. Да ну тебя! Это у меня наследственное. Папа в тридцать лет был почти совсем седой.

Свирельников. Как я?

Света. Ну, разве ты седой? Ты с проседью. Знаешь, как это заводит? (садится к нему на колени)

Свирельников (освобождаясь) Знаю..

Света. У тебя как сегодня настроение?

Свирельников. Не очень. Неприятности.

Света. Ну, тогда скажу! До кучи…

Свирельников. Что такое?

Света. У меня для тебя две новости…

Свирельников. Одна хорошая, другая плохая, как в анекдоте?

Света. Одна – точно плохая. Вторая – как посмотреть.

Свирельников. Говори!

Света. Аленку отчислили из института. За прогулы. Я тебе вчера звонила, хотела сказать, но ты был недоступен.

Свирельников. Вот мерзавка! Ведь обещала. Про нас с тобой они ничего не могла узнать?

Света. Откуда? У нас же конспирация.

Свирельников. Значит, совсем на лекции не ходила?

Света. Совсем. Она, как с этим уродом связалась, вообще отлетела.

Свирельников. С каким уродом?

Света. Да так - парень один…

Свирельников. Кто такой?

Света. Раньше с нами учился. Ушел. Выгнали.

Свирельников. Откуда ты знаешь, что ее отчислили?

Света. Мне в деканате сказали. Завтра приказ вывесят.

Свирельников. Завтра? (смотрит на часы, вскакивает) Успею!

Света. А вторая новость?

Свирельников. Говори!

Света. Я беременна.

Свирельников. Как это так?

Света. Видишь ли, Микки, когда созревшая яйцеклетка встречается со сперматозоидом…

Свирельников. Сколько недель?

Света. Восемь.

Свирельников. Успеем. Почему молчала?

Света. Хотелось подольше помечтать, как я рожу тебе кого-нибудь…

Свирельников. Вот именно, кого-нибудь! Пойдешь к врачу. Сейчас это вакуумом делают. Не больно.

Света. Зачем мне вакуум? И так кругом вакуум. Я ребенка хочу! (плачет)

Свирельников. Ты сама еще ребенок. Не, плачь! Купи себе куртку! (дает деньги) Хочешь, вечером куда-нибудь сходим?

Света. Обманешь?

Свирельников. Маленьких не обманывают! (встает) До вечера!

Света. Микки. А грибы!?

Свирельников. Успею! (Смотрит на часы, бросается к двери)

  

                                       ВТОРОЙ АКТ

                                                  18.

      Институт. Кабинет ректора. Ректор, седой плейбой, одетый в легкомысленный клетчатый пиджак, собирает бумаги в портфель. Входит запыхавшийся Свирельников.

Ректор. Нет-нет, я же ухожу.

Свирельников. Один вопрос!

Ректор. Вы, собственно, кто?

Свирельников (протягивая визитку) Мы с вами встречались в Академии Интеллектуального Потенциала. Помните? На банкете. Вы еще жаловались на плохое финансирование высшей школы.

Ректор. Да, возможно, но я что-то… А вы, собственно, по какому вопросу?

Свирельников. По личному.

Ректор (сурово) Точнее, пожалуйста!

Свирельников. Вы собираетесь отчислить из института мою дочь Алену Свирельникову.

Ректор (роется в бумагах) По-моему, уже отчислили… М-да, приди вы на час позже, и ничего нельзя было бы сделать! Документы отправили бы в министерство.

Свирельников. Значит, можно восстановить?

Ректор. Практически невозможно. Ваша дочь систематически, демонстративно нарушала учебную дисциплину, ее в аудитории ни разу не видели.

Свирельников (показывая рукой кругом) А может быть, ей просто не хотелось заниматься в таких… э-э… ветхих, запущенных аудиториях?

Ректор (строго) Это неудачная шутка. Сами же знаете, как трудно сейчас высшей школе!

Свирельников. Я не шучу! Готов внести деньги в фонд реставрации института!

Ректор. Я напишу вам наш расчетный счет.

Свирельников. Наличными.

Ректор. У нас так не полагается.

Свирельников. Здесь и сейчас!

Ректор. Ну, что с вами поделаешь! Давайте я хотя бы покажу вам проект нашего будущего Нана-центра!

Свирельников. Конечно, покажите!  

     Ректор берет папку, что-то пишет в ней, отдает Свирельникову, тот, делая вид, будто изучает, вкладывает деньги.

Ректор.   Правда, ведь интересный проект?

Свирельников. Безумно! (возвращает папку)     

Ректор (обнаружив деньги в папке) Заставьте вашу дочь учиться! Умоляю! Это небрежение образованием кончится цивилизационным крахом. Россия просто не сумеет ответить на вызовы времени! Представляете, чем это грозит?

Свирельников. Представляю!

                                                        19.

Свирельников выходит от ректора и буквально нос к носу сталкивается с бритоголовым. Оба от неожиданности замирают. Потом парень убегает.

Свирельников. Стой! Ты кто? Что вам от меня нужно?

Свирельников, пытаясь догнать бритоголового, бежит, озирается и вдруг он видит на скамейке свою дочь Алену.

Свирельников. Куда он побежал?

Алена. Кто?

Свирельников. Ну этот… в красной куртке.

Алена. Я не никого не видела.

Свирельников. А ты что тут делаешь?

Алена. Отдыхаю.

Свирельников. Устала?

Алена. Немного.

Свирельников. Отчего же ты так устала?

Алена. От жизни.

Свирельников. Не рано ли?

Алена. Наследственность, наверное, плохая.

Свирельников. Хорошая у тебя наследственность. Отличная! Завтра в институт пойдешь!

Алена. Не пойду.

Свирельников. Почему?

Алена. Меня отчислили!

Свирельников. Восстановили.

Алена. Дорого, наверное?

Сверельников. Недешево.

Алена. Спасибо, папочка!

Свирельников. С матерью твоей я еще поговорю! Распустила она тебя! Дальше некуда!

Алена. А вот это попробуй! (Дочь встает и уходит)

Свирельников. Ты куда?

Алена. Отстань!

Свирельников (вдогонку)   Стой! Стой, говорю!

                                          20.

    Тем временем на другой конец скамьи присаживается батюшка в рясе – отец Венимамин. В руках у него большой калькулятор. Разговаривая, он что-то все время считает…

О. Вениамин. Не слушается дочка?

Свирельников. Совсем отбилась!

О. Вениамин. А она у тебя крещеная?

Свирельников. Нет, кажется…

О. Вениамин. Вот видишь! Надо покрестить! Спасибо за болтики!

Свирельников. Извини, раньше не мог – закрутился.    

О.Вениамин. Слава Богу, доставили. Без болтиков-то мне никак нельзя. Не тот брус я на перекрытия пустил. Не по проекту. За дешевизной (лукавый попутал!) погнался. А балки-то взяли и просели. Позвал инженера. Славный человек. Он посмотрел, посчитал и говорит: «Разбирай, а то грохнется!» А как разбирать, если я и так уже в долг храм строю?! Деньги-то кончились. И те, что ты давал, тоже кончились! Устал я канючить, Миша! Думают, себе прошу. На жизнь. А я если на жизнь и беру, то чуть-чуть…

Свирельников. Не оставим, отец Вениамин, не оставим в беде!

О. Вениамин. Спасибо, Мишенька! Умолил я инженера, он пересчитал и определил: если вдоль балок кинуть бруски и стянуть всю конструкцию болтиками – выдержат перекрытия. Понял теперь, зачем мне болтики?

Свирельников. Понял. Ну ладно, я поехал. Если что – звони!

О. Вениамин. Ты погоди, Михаил Дмитриевич! Ты присядь! Все мы с тобой на бегу, в суете. Я давно хочу, чтобы мы сели и хорошо поговорили. Ведь что-то с тобой происходит! Вижу! Выглядишь неважно! Садись! Торопиться не надо! Вот и Господь мог мир вмиг создать, а семь дней творил. Зачем? Нам всем урок: не торопись! Как здоровье?

Свирельников. У врача был: сердцем, говорит, надо заняться. Таблетки пью.

О. Вениамин. Таблетки не главное. Змей греховных надо прежде из сердца вырвать. Они из тебя силу-то сосут, извиваются. Самая огромная и ядовитая - твое ожесточение.

Свирельников. Жизнь, батюшка такая! При социализме друг друга словами обманывали. А теперь деньгами обманывают. То же самое выходит.

О. Вениамин. Деньги могут и добру послужить! Но главное, чтобы совесть твоя не страдала, тогда и ты будешь здоров! Радость из сердца должна исходить, а пока душа мертвая, лечись не лечись, как был трупоносцем, так и останешься. По себе знаю…

Свирельников. Трупоносцем?

О. Вениамин. Трупоносцем. С Тоней-то помирился?

Свирельников. Нет.

О. Вениамин. Надо мириться!

Свирельников. Не получается.

О. Вениамин. А вы венчанные?

Свирельников. Нет.

О. Вениамин. Надо повенчаться!

Свирельников. Не стоит. Не склеится у нас уже.

О. Вениамин. Тогда найди себе хорошую девушку. Верующую. Блуд ведь тоже – змея, сердце сосущая. А семья – малая церковь. Только слишком-то молодую не бери.

Свирельников. Почему?

О. Вениамин. Будешь больше о теле думать, чем о душе. Приводи – и вас повенчаю и детишек потом покрещу. Погоди, а ты-то у нас сам крещеный?

Свирельников. В младенчестве. Отец сначала в Елоховку понес, а там стали адрес и место работы спрашивать. Ну, батя меня сунул в свой ЗИЛ и куда-то в Подмосковье отвез. Там уже ничего не спрашивали: сразу в купель.

О. Вениамин. И крестик носишь?

Свирельников. Носил. Цепочка порвалась. А новую купить забываю. Как белка в колесе…

О. Вениамин. Погоди! Погоди! Ты пока цепочку купишь, с этим вот походи! Во имя Отца, Сына и Святого Духа! Аминь!

Свирельников. Спасибо, отец Вениамин!

Батюшка перекрестил и надел ему на шею поверх пиджака тесемку со штампованным алюминиевым крестиком. В этот миг в складках рясы зазвонил мобильный.

О. Вениамин. Алло! Как так железо привезли? Господь с вами! Да мне и расплатиться-то нечем! (смотрит на Свирельникова) Не надо разгружать...

Свирельников (устало) Пусть разгружают!

                                                             21.

Затемнение. Свирельников говорит по телефону с Алипановым.

Свирельников. Ты почему телефон отключал? Я тебе звонил.

Алипанов. У фээсбэшников был.

Свирельников. Ну и что?

Алипанов. Ты им не интересен.

Свирельников. Это радует.

Алипанов. А что с тобой случилось?

Свирельников. Я этого гада снова встретил. Нос к носу.

Алипанов. Где?

Свирельников. Около института.

Алипанов. Это интересно. А что ты там делал?

Свирельников. Дочь восстанавливал.

Алипанов. Восстановил?

Свирельников. Да. Чего они от меня хотят?

Алипанов. Пока не знаю. Какие дальше планы?

Свирельников. Надо заехать к жене – про Алену поговорить.

Алипанов. Знаешь, что тебя попрошу, когда будешь с Тоней разговаривать, понаблюдай. Может тебе в ней что-нибудь странным покажется.

Свирельников. Ты думаешь? Нет, исключено!

Алипанов. Исключать нельзя ничего. Ты же сам говоришь: вы еще не развелись и фирма на нее оформлена.

Свирельников. Она в этом ничего не понимает.

Алипанов. Женщина - система самообучающаяся. Ты все-таки понаблюдай!

Свирельников. Хорошо.

                                                            22.

         Свирельников входит в свою прежнюю квартиру. Его встречает Тоня в фартуке. В одной руке у нее рукопись, в другой – столовый нож.

Свирельников. Привет!

Тоня. Ну, что ты стесняешься? Проходи!

Свирельников. Я не стесняюсь! Мне нужно с тобой серьезно поговорить!

Тоня. Поговорим. Вот пирог из духовки выну…

Свирельников. Пирог? Что-то новенькое!

Тоня. И у старых жен иногда бывает что-то новенькое.

Тоня уходит. Свирельников с интересом рассматривает перемены в своем бывшем жилье. Жена возвращается без фартука, без ножа, но с рукописью.

Тоня. Ну, я тебя слушаю, друг мой… бывший!

Свирельников. Ждешь кого-нибудь?

Тоня. А какое это имеет значение? И почему ты без звонка?

Свирельников. Да вот мимо ехал.

Тоня. А если бы у меня… были гости?

Свирельников. Ничего страшного. Я бы за тебя порадовался. Познакомился бы заодно.

Тоня. Познакомишься.

Свирельников. А где Алена?

Тоня. Не знаю. Звонила, что сегодня заедет. У тебя неприятности?

Свирельников. Есть немного. А у тебя, вижу, все хорошо. Что редактируем?                  

Тоня. Детектив. Что же еще?

Свирельников. Кто написал?

Тоня. Некто Копнофф. С двумя "ф" на конце.

Свирельников. Это фамилия такая?

Тоня. Нет, псевдоним.

Свирельников. Не слышал. А про что детектив?

Тоня. Как обычно: муж заказал надоевшую жену, а киллер в нее влюбился.

Свирельников. Подожди, про это даже кино есть. С этим… как его… Ну, американец с желваками и с проседью. Сейчас вспомню!

Тоня. Не надо! Они все с желваками и все с проседью. Нечего из-за них напрягаться. Ну-с, друг мой бывший, о чем же мы с тобой будем говорить?

Свирельников. Куда ты дела мои фотографии?

Тоня. Сожгла!

Свирельников. Зачем сжигать-то?

Тоня. Об этом надо было спрашивать, Михайло Дмитриевич, когда ты мосты за собой сжигал! Теперь поздно. Ладно, не волнуйся, целы твои фотографии. Могу выдать.

Свирельников. Я пришлю шофера.

Тоня. Пришли, пожалуйста! С деньгами.

Свирельников. Не заработала!

Тоня. Неужели?

Свирельников. Я понимаю, у тебя теперь мало времени, но на дочь могла бы и найти.

Тоня. Ты тоже.

Свирельников. Но мы же договорились! За что я тебе плачу? Ты можешь мне объяснить?

Тоня. Наверное, за прошлое. Поэтому так мало!

Свирельников. Я тебе плачу за то, чтобы ты смотрела за нашей дочерью.

Тоня. Свирельников, она взрослая! Взро-сла-я! Живет у подруги или друга. Я не проверяла. Сюда только наезжает. В гости. Может быть, мне вместе с ней в институт ходить и по мальчикам бегать?

Свирельников. По мальчикам? Это твое дело. А в институт не помешало бы! Ее снова отчислили, чтоб ты знала! Еле откупился.

Тоня. Напрасно.

Свирельников. Что значит «напрасно»?

Тоня. Я знаю, что ее отчислили.

Свирельников. Как – знаешь?!

Тоня. Мы так с ней решили.

Свирельников. В-вы… Вы решили?!

Тоня. Ей не нравится этот институт. Она будет поступать в Высшую школу дизайна.

Свирельников. Какого еще… дизайна? Почему я ничего не знаю?

Тоня. Ты хочешь, чтобы я ответила?

Свирельников. Хочу!

Тоня. Потому что надо общаться с дочерью, а не с ее однокурсницами!

Свирельников. Это говоришь мне ты?

Тоня. А ты хочешь, чтобы это сказала тебе Алена?

Свирельников. Алена и тебе кое-что сказать может!

Тоня. Что именно? Что? Дочь порадуется женскому счастью матери! Да и вообще это не твое дело! Или ты думал, я теперь всю оставшуюся жизнь буду рыдать? Нет! Я буду смеяться, понял? Хохотать!

Свирельников. Посмотрим, как ты теперь посмеешься!

Тоня. А что ты мне еще можешь сделать?

Свирельников. Узнаешь!

Тоня. Свирельников, ты дурак.

Свирельников. Ты обещала! Я свои обещания выполняю!

Тоня. Можешь не выполнять.

Свирельников. Богатого себе нашла?

Тоня. Нет, только по любви. Ты же знаешь. Зачем мне богатый? Я сама богатая.

Свирельников. Вот с этого места, пожалуйста, подробнее!

Тоня. Подробнее? Пожалуйста! Я вполне обеспеченная женщина. У меня есть фирма!

Свирельников. Какая еще фирма?

Тоня. «Сантехуют».

Свирельников. Это моя фирма!

Тоня. Не-ет, не твоя. Я теперь тоже кое-что в бизнесе понимаю!

Свирельников. Это моя фирма!

Тоня. Оформлена фирма на меня. А ты наемный менеджер. Будешь плохо себя вести – уволю!

Свирельников. Что-о?! ( выхватывает у нее рукопись и замахивается)

Тоня. Смешно! Завтра на первой полосе «Московского наблюдателя»: «Бизнесмен убил бывшую жену рукописью…».

Свирельников. Мы же обо всем договорились!

Тоня. Нет, друг мой бывший, договариваться мы будем только теперь. Нельзя бросать жену нищей.

Свирельников. Я давал тебе деньги…

Тоня. Плохо давал. А теперь я буду их брать!

Свирельников. Это тебя твой… нынешний научил?

Тоня. Нет, просто я редактировала книжку «Разводясь, не будь дурой!». Ты думал, я стану жить на твои подачки? Нет, делиться будем.

Свирельников. Не будем!

Тоня. Бу-удем!

Свирельников. Про фирму забудь, поняла?!

Тоня. Я пришлю адвоката, дорогой! Он объяснит тебе мои права и твои обязанности.

Свирельников. Ты не понимаешь, во что лезешь!

Тоня. Только не надо меня пугать!

Свирельников. Я не пугаю. Предупреждаю – не лезь!

Слышится звонок в дверь.

Тоня. Иду-у! (идет открывать)

Свирельников. При Аленке ни слова!

   На пороге стоит Веселкин. В одной руке у него букет, в другой – арбуз.

Свирельников. Ты?!

Веселкин. Без всяких яких…

Тоня. Заходи, друг мой, не бойся! У меня сегодня пирог! А он сейчас уйдет.

                                                          23.

       Свирельников, потрясенный случившимся, сидит на скамье. Раздается звонок. Это Алипанов.

Алипанов. Алло! Как Антонина?

Свирельников. Замуж собралась.

Алипанов. За кого?

Свирельников. За Веселкина.

Алипанов. Да ты что?!

Свирельников. Он мне – Фили, а я ему – Тоньку. Бартер…

Алипанов. Ну, теперь мне кое-что понятно. Тебе лучше всего уехать куда-нибудь из города хотя бы на несколько дней!

Свирельников. Мне? Куда? Зачем?

Алипанов. Тебе! Туда, где никто не будет тебя искать. Ты вроде в Испанию собирался?

Свирельников. Да. Но я визу не оформил.

Алипанов. Тогда уезжай, куда можно без визы. Главное, чтобы никто не вычислил, где ты.

Свирельников. Может, в Ельдугино!

Алипанов. Это где?

Свирельников. За Кимрами. Я там детство провел. У деда. Теперь там новая база открылась. «Боевой привал». Я рекламу видел.

Алипанов. «Боевой привал»? Придумают же! Годится. Лучше Испании. Под Кимрами тебя точно искать ну будут.

Свирельников. А можно я девушку с собой возьму?

Алипанов. Нежелательно.

Свирельников. Я ей обещал.

Алипанов. Надежная девушка?

Свирельников. Надежная.

Алипанов. Ладно, возьми. И немедленно выезжай!

Свирельников. У меня деньги кончились.

Алипанов. Как это? А я тогда за что работаю?

Свирельников. Нет, с собой кончились. Надо на работу заскочить. Из сейфа взять.

Алипанов. Заскакивай, но постарайся, чтобы тебя никто не видел. Дома не появляйся!

Свирельников. А сапоги, корзина?

Алипанов. В Мегамаге купишь. Иначе хвост за собой потащишь. Я внятен?

Свирельников. Неужели все так серьезно?

Алипанов. Боюсь – да.

Свирельников. Тогда хоть объясни!

Алипанов. Обязательно. Не по телефону.

Свирельников. Где и когда?

Алипанов. В 21.30 ты должен стоять на Дмитровском шоссе возле указателя «Деревня Грибки». Это несколько километров от Окружной. Понял?

Свирельников. Договорились.

Алипанов. Аванс заодно прихвати!

                                                          24.

Свирельников крадется к своему кабинету. За спиной у него появляется Нона.

Нона. Михаил Дмитриевич!

Свирельников. Черт! Напугала! Ты еще здесь?

Нона. А куда я уйду? Вы же вернуться обещали. И потом вас тут давно уже ждут.

Свирельников (испуганно) Кто?

Нона. Женщина какая-то.

Свирельников. Откуда? Она записана?

Нона. Нет, сказала, по личному вопросу.

Свирельников. По личному? Ну, зови!

Нона приглашает даму средних лет в брючном костюме. Это мать Светы.

Мать Светы. Здравствуйте, я Светина мама. Меня зовут Ирина Алексеевна.

Свирельников (смущенно) Да, знаю. Света мне говорила. Очень приятно! Рад познакомиться! Кофе или чай?

Мать Светы. Кофе.

Свирельников (нажимает кнопку интеркома) Нон, кофе. С молоком? С молоком….

Мать Светы (закуривая длинную сигарету) Ну, и что мы с вами теперь будем делать, Михаил Дмитриевич?

Свирельников. В каком смысле?

Мать Светки. А вы считаете ситуацию двусмысленной?

Свирельников. В общем, нет, конечно… Света – замечательная девушка, но если вы имеете в виду брак, то… Я женат. Точнее, несвободен. Света знает.     Входит обиженная Нона, ставит кофе перед гостьей, выходит.

Мать Светы. Какой брак? О чем вы? Она же еще совсем девчонка! Нет, я имею ввиду ответственность. Вы взрослый, сильный, мудрый, а она только начинает жить! Ей надо помочь, подсказать, не дать оступиться!

Свирельников. Да я, вроде, ничего для Светланы не жалею.

Мать Светы. Я знаю. Но вашу щедрость надо… понимаете… как бы систематизировать.

Свирельников. Систематизировать? Я готов. А как?

Мать Светы. Ну, скажем, открыть на девочку счет в банке.

Свирельников. Открою.

Мать Светы. Не знаю, сказала ли вам Света, что она… ну-у…

Свирельников. Сказала!

Мать Светы. Это некстати. Ей надо учиться. Но, Михаил Дмитриевич, я прошу вас, пусть это сделают в хорошей, дорогой клинике, аккуратно…

Свирельников. Ирина Алексеевна, я вам обещаю.

Мать Светы. Спасибо! Есть еще одно обстоятельство. Отец Светочки, мой муж, умер. Давно. Дочь выросла. И я планирую… я хочу внести некоторые коррективы в мою личную жизнь. Одной очень тяжело. Знаю, вы снимаете квартиру. Но если это будет ее собственная квартира – согласитесь…  

Свирельников. Согласен.

Мать Светы (допивает кофе) Отличный кофе! Это ваша секретарша? Милая женщина! (тушит сигарету) Вот видите, как мы с вами все быстро разрешили. Вы настоящий мужчина! Я рада за дочь. До свидания.

Свирельников. До свидания! Заходите…

Мать Светы (идет к двери, останавливается) Михаил Дмитриевич, прошу вас, и будьте с ней подобрей! Света очень любила отца. Очень!

Выходит .Свирельников смотрит ей вслед, вздыхает. Входит Нона, с грохотом ставит на поднос чашки.

Свирельников (доставая деньги из сейфа). Нон, я должен уехать. Срочно. Если меня будут спрашивать, говори: улетел за границу, ничего не знаешь. (дает ей несколько купюр) Сыну купи что-нибудь!

Нона. Мне-то хоть скажи!

Свирельников. Нельзя! Опасно…

Нона. Понятно. Это твоя будущая жена?

Свирельников. Теща.

Нона. Сочувствую!

                                     

                                            25.

    Свирельников и Светка сидят в машине. Они в новых резиновых сапогах, куртках и с корзинами. Ослепляют фары проносящихся мимо автомобилей.

Света. Послушай, а волков там, в лесу нет? Меня не съедят?

Свирельников. Разве что я съем.

Света. Это мы еще посмотрим, кто кого съест!

Свирельников. Ну, я пошел.

Света. Ты куда?

Свирельников. Надо.

Света. На стрелку?

Свирельников. Почему – на стрелку? Я похож на бандита?

Света. Нет, скорее уж на шпиона!

Свирельников. Ты меня разоблачила, но никому больше про это не говори.

Света. А на кого ты работаешь?

Свирельников. На Россию – и это очень опасно.

Света. Береги себя! Ты нужен мне и стране!

                                                  26.

На обочине ждет Алипанов. Смотрит на часы.

Алипанов. Опаздываешь!

Свирельников. Корзины покупали.

Алипанов. Мне доложили. Хвоста за тобой нет.

Свирельников. Откуда ты знаешь?

Алипанов. Я контрнаблюдение за тобой установил.

Свирельников. Ну, и что ты хотел мне рассказать?

Алипанов. В общем, выяснили мы хозяина «Жигулей». Зовут его Никон. Как фотоаппарат. Бывший студент. Теперь, видимо, начинающий киллер. Ничего такого за ним, кроме глупостей, раньше не водилось. Я проверил.

Свирельников. А кто нанял?

Алипанов. Тот, кому ты мешал. Твой Мурзилкин. И Тоня.

Свирельников. Почему ты так решил?

Алипанов. Логика и факты. «Жигуль» Никона мои люди сегодня вечером видели у подъезда твоей жены.

Свирельников. А зачем это Веселкину надо?

Алипанов. Объясню. Вы были, так сказать, товарищами по оружию, друзьями, даже компаньонами. Но ты его выгнал из «Сантехуюта». За что?

Свирельников. Воровал у меня.

Алипанов. Обиделся он, наверное?

Свирельников. Лет пять не общались.

Алипанов. Есть мотив?

Свирельников. Есть.

Алипанов. Идем дальше. Организовал он свою фирму. А дела не пошли. Вы с ним из-за «Филей» сколько бодались?

Свирельников. Долго.

Алипанов. Кому в результате «Фили» достались? Тебе! Ему обидно? Свирельников. Обидно.

Алипанов. Во-от! Значит, мы имеем целых два мотива: личную неприязнь и деловой конфликт. Одного такого мотива достаточно, чтобы человека убить. А если твой Хохоталкин с киллерами запросто фоткается, то, возможно, и услугами их пользуется. Я внятен?

Свирельников. Даже слишком.

Алипанов. Рассуждаем дальше. Жену ты тоже обидел, бросил и деньгами, как я понимаю, не забрасывал. Но при этом забыл развестись, а фирма на нее записана. Ты о чем думал, человек с голубой звезды?

Свирельников. Тоня всегда была от этого далека. Но, правда, сегодня мне сказала, что она хозяйка, а я наемный менеджер. Совсем с ума сошла!

Алипанов. А вот это не факт. Я же тебе говорил: бывшие жены способны на все. Особенно, если появляется ночной советчик. Они знают, что фирму ты не отдашь, загрызешь. А так: пиф-паф, ой-ой-ой - и Тоня становится вдовой и наследницей, получает «Сантехуют» вместе с «Фили-паласом». А Хохоталкин при ней. Понял, почему он тебе Фили уступил? Есть мотив?

Свирельников. Есть.

Алипанов. Кто виноват – мы выяснили. Теперь надо решать, что делать!

Свирельников. Ну и что делать?

Алипанов. Ты меня об этом спрашиваешь?

Свирельников. Тебя.

Алипанов. Нет, дорогой мой человек, решать будешь ты!

Свирельников. По-моему, ты все-таки сгущаешь… про Тоню.

Алипанов. Ах, вот оно что! Ну, тогда я даю ребятам отбой. Поделишь с Веселкиным акции, если жив останешься, и будете дружить семьями! Так бывает. Иногда.

Свирельников. Погоди!

Алипанов. Гожу.

Свирельников. Ну, хорошо, а если по-другому?

Алипанов. А ты понимаешь, что значит «по-другому»?

Свирельников. Объясни!

Алипанов. Если по-другому: ты едешь за грибами. Мои люди берут ночью Никона, колют, потом убедительно просят навестить заказчиков и выполнить свой профессиональный долг. Только наоборот…

Свирельников. Как это наоборот?

Алипанов. Несмышленый ты сегодня какой-то. Наоборот, это когда киллер отстреливает не заказанного гражданина, а заказчиков. Потом сам гибнет при невыясненных обстоятельствах. От «передозы», например. Получается замкнутая, экологически чистая система.

Свирельников. Нет, не надо. Ничего не надо!

Алипанов. Совсем?

Свирельников. Совсем.

Алипанов. Ну, и правильно! Если можешь – лучше прости! Кровь, она липкая. Адвокат хороший у тебя есть. Отдыхай! Тихая охота – то, что тебе сейчас нужно.

Свирельников. Прощай!

Свирельников медленно идет к машине, где ждет его Светка. Вдруг он останавливается. Колеблется. Быстро возвращается.

Алипанов. Забыл что-нибудь?

Свирельников. Деньги тебе забыл отдать… (протягивает пухлый конверт) Над Тоней только не издевайтесь! Не мучьте ее… .

Алипанов. Ну, ты сказал! Мы что – абреки какие-нибудь?! Ты правильно решил. Такое прощать нельзя. Я позвоню тебе, как закончим.

                                                      27.

Свирельников медленно возвращается в машину и садится рядом со Светкой.

Света. Ты чего такой вернулся?

Свирельников. Все нормально. Ты очень хочешь ребенка?

Света. Очень!

                                                    

                                                    28.

Затемнение. Затем свет фар выхватывает щит со словами

                                 БОЕВОЙ ПРИВАЛ

Свирельников. Кажется, приехали.

Света. Да? Я, наверное, уснула.

       Из тени вышагивает боец в каске и плащ-палатке времен Великой Отечественной. На груди у него настоящий ППШ с круглым диском. Это Виктор Волнухин.

Виктор. Стой! Кто идет?

Свирельников. Переночевать у вас тут можно?

Виктор. Нельзя.

Свирельников. Почему?

Виктор. Спецобслуживание.

Свирельников. Но в рекламе сказано: всегда есть свободные места.

Виктор. Всегда есть, а сегодня нет. Спецобслуживание.

Свирельников (присмотревшись) Витька!

Виктор. Возможно.

Свирельников. Волнухин!

Виктор. Допустим. А вы, к слову сказать, кто?

Свирельников. А я, к слову сказать, Свирельников.

Виктор. Какой еще Свирельников?

Свирельников. Мишка Свирельников. Сверло! Ты что – забыл, Волнуха?

Виктор. Погоди! Мишка… Сверло! Мишка, ты, что ли?

Свирельников. А кто же еще?

Виктор. Ты откуда?

Свирельников. Из Москвы.

Виктор. А чего ночью?

Свирельников. Мы за грибами. Чтоб с утречка! А ты чего здесь делаешь с автоматом?

Виктор. Чего-чего! Сам не видишь? Представляюсь. Вроде швейцарца.

Свирельников. А землянки откуда?

Виктор. Они здесь всегда были. Это же Ямье.

Свирельников. Ямье?

Виктор. Не узнал впотьмах? Там - Ручий, а там – деревня. Ельдугино.

Свирельников. Здорово!

Слышен женский визг. Из землянки выскакивает полуголая девица. За ней гонится толстый мужик в немецкой фуражке с выгнутой тульей.

Толстый. Хальт! Партизанен! Цурюк! (останавливается близь Волнухина)

Витька, кто это?

Виктор. Переночевать хотят.

Толстяк. Я же тебе сказал: спецобслуживание. Извинись – и пусть уезжают!

Виктор (громко) Я же вам объясняю: спецобслуживание. (тихо) Хозяин. Такая сука! (провожает толстяка взглядом)

Света. Дядя, вам, наверное, не сказали: война-то кончилась!

Виктор. Веселая у тебя дочка!

Свирельников (спохватываясь, церемонно) Знакомьтесь. Виктор – друг моего детства. А это Светлана – моя… невеста.

Виктор (удивленно) Здрасьте…

Светка (удивленно). Очень приятно!

Свирельников (заминая неловкость) А за встречу надо бы!

   Из пакета достают водку, закуску, стаканчики. Выпивают.

Света. А чего у вас тут, кино снимают?

Виктор. Кино у нас, это точно! Такое кино иногда бывает… «Эммануэль» отдыхает.

Свирельников. А кто это додумался в Ямье шалман устроить?

Виктор. Да есть у нас тут один. Из Кимр. Борис Семенович. При деньге! Домик себе для рыбалок отгрохал – три этажа. Спрашивает меня как-то: «Что это там, Виктор Николаевич, за ямы в лесу?» Я рассказал. Он говорит: «Землянки, война, партизаны – то, что надо. Стильно!» Теперь у нас все, как на фронте. Я боевые сто грамм подношу. Форму выдаем. Мужики очень любят своих баб медсестрами наряжать, а сами почему-то немцами…

Света. Фашистами.

Виктор. Фашистами. Снасть выдаем. Мелкашки имеются – птичек попугать. В общем, все для населения!

Свирельников. И что, ездит народ?

Виктор. Еще как! Летом в особенности. Сегодня двоим отказали. Вы третьи.

Свирельников. А что так?

Виктор. Хозяин крутых огуливает. То ли прокуратура, то ли налогова. Нужники! Нужные люди.

Свирельников. Налоги надо платить!

Виктор. Да ладно, какие налоги с берлоги!

Свирельников. Вить, а ты из колхоза-то совсем ушел?

Виктор. Ну, ты, Сверло, прямо как с Марса! Колхоза уж лет десять нет. Угробили. Утром посмотришь, что осталось. Ничего нет – все растащили…

   Снова раздается женский визг. Толстяк продолжает гоняться за девицей.

Толстяк. Витька, чтоб твою мать, ты где там? Сюда иди!

Виктор. Эксплуатация человека человеком! Миш, дом-то мой помнишь?

Свирельников. Конечно. Рядом с магазином.

Виктор. Смотри-ка, точно! Давай ко мне! Анька вам постелет.

Свирельников. Неудобно. Поздно уже.

Виктор. Ничего. Если б не эти, я бы вас здесь устроил, вип-баньку затопил бы! Ладно, может, завтра вечерком, если умотают.

Свирельников. До завтра дожить надо.

Виктор. Доживем – куда мы денемся!

Толстяк. Витька-а-а! Где ты? Убью!

Виктор. Надо бежать! Хозяин может обидеться!

Света. И в гестапо посадить!

Виктор. Утром увидимся! Веселая у тебя дочка… невеста.

                                                   29.

      На пороге гостей, кутаясь в оренбургский платок, встречает Анна. Она холодно кивает Светке и обнимает Свирельникова.

Анна. Ну, здравствуй, Мишка! Почти такой же…

Свирельников. Здравствуй, Аня! Ты уж извини! Поздно. Так получилось.

Анна. А-а, как Витька в эту Яму попал, у нас день с ночью перемешался…

Свирельников. Ну а вообще-то как жизнь?

Анна. Жизнь как жизнь. Ложитесь, завтра поговорим! Витька-то не очень пьяный?

Свирельников. Нет. Мы по чуть-чуть.

Анна. Нельзя ему пить. Выгонит его Семен Борисович.

Свирельников. Там все нормально.

Света. Партизан ловят.

Анна. Ну, это еще ничего. (Светке) Вас-то как звать?

Света. Светлана. А где можно умыться?

Анна. Умывальник и все остальное в сенях. Справа. Пойдем – покажу, а то заблудишься. Спокойной ночи, Миша!

                                                     30.

Свирельников ходит по горнице осматривается. Возвращается Светка.

Света. А ты знаешь, какой у них туалет?

Свирельников. Какой?

Света. Просто дырка. Представляешь?

Свирельников. А ты такого никогда не видела?

Света. Никогда! Как тут люди живут?

Свирельников. Живут…

Света. А когда ты все это хочешь сделать?

Свирельников. Что?

Света. Не понял?

Свирельников. Нет.

Света. Издеваешься! Сначала всем объявляешь, что я невеста. А сам спрашиваешь: что? Свадьбу – вот что!

Свирельников. А-а… В конце декабря, наверное. И сразу уедем куда-нибудь на Рождество. В Испанию.

Света. В декабре поздно.

Свирельников. Почему?

Света. Не понимаешь?

Свирельников. Нет.

Света. Живот будет видно.

Свирельников. Ну и что?

Света. Как «ну и что»? Стыдно же! Надо в октябре.

Свирельников. Ах, вот мы какие!

Света. Какие?

Свирельников. Такие…

Света. Какие такие?!

Свирельников. Стеснительные.

Света. Сейчас узнаешь, какие мы стеснительные! (лезет ему рукой под рубашку) Ты себе новый крестик купил? А что такой хилый?

Свирельников. Это подарок.

Света. От кого?

Свирельников. От отца Вениамина.

Света. Мы будем венчаться?

Свирельников. Обязательно!

Света. Кайф!

Она бросается ему на шею. Свет гаснет. В темноте слышны нежности. Внезапно раздается грохот. Вспыхивает свет. Это вернулся с работы пьяный Виктор. Скандалит с женой. Затихает. Снова гаснет свет.

                                                            31.

Утро. Светка спит. Свирельников курит. Входит Анна с ведром.

Анна. Миш, погодь курить, на-ка парного молочка! Давно небось, не пил?

Свирельников, бросив сигарету, пьет молоко.

Свирельников. Уж и не помню. А ты как догадалась, что я уже встал?

Анна. А я ясновидящая.

Свирельников. Серьезно?

Анна. Ладно. По дыму. Мой-то клопомор курит. Не то что твои.

Свирельников. Ну, ты – просто «миссис Марпл»!

Анна. Витька успел сказать?

Свирельников. Что?

Анна. Что меня в больнице так и звали – «миссис Марпл».

Свирельников. А что с тобой было? Серьезное?

Анна. Ты о чем?

Свирельников. Ну, в больнице, говоришь, лежала…

Анна. Не лежала, а работала. Я же медсестра. Училище кончила. Забыл?

Свирельников. Забыл. А сейчас где?

Анна. В Ямье убираю. Насвинячат, уедут… Грязь за ними мету. А ты, я смотрю, бога-атый! Машина у тебя дорога-ая!

Свирельников. На жизнь хватает.

Анна. Ой, бедненький! Ой, темнила! Чем хоть занимаешься? Эвона, какой гладкий!

Свирельников. А догадайся! Ты же – «миссис Марпл».

Анна. Та-ак… Из армии сбежал. Давно.

Свирельников. Почему ты так решила?

Анна. Военные, они или сохатые, или пузатые. А ты ни то ни се.

Свирельников. Допустим. Ну и кто же я теперь?

Анна. Торгуешь, да?

Свирельников. Холодно.

Анна. В банке химичишь?

Свирельников. Нет. Холоднее.

Анна. В налоговой шакалишь?

Свирельников. Совсем холодно. Сдаешься?

Анна. Сдаюсь.

Свирельников. Но ты только никому! Договорились?

Анна. Договорились.

Свирельников. Я наемный убийца.

Анна. Кто-о?

Свирельников. Киллер.

Анна. Да ладно!

Свирельников. Ей-богу!

Анна (прыснув) Да какой ты киллер! Я ж помню, как вы с Витькой курицу рубили! Киллер! Ну, и кого же ты убил, киллер?

Свирельников. Ладно, Ань. Я сантехникой занимаюсь. У меня фирма своя. Могу вам что-нибудь сделать, а то ведь как в каменном веке живете!

Анна. А-а… Все равно Витьку скоро выгонят. Уедем к дочке в Дубну. Антонина-то как?

Свирельников. Разошлись.

Анна. Слава богу! А я и спросить боялась. Вдруг померла!

Свирельников (вздрогнув) Почему померла?

Анна. Я в больнице работала – насмотрелась: столько молодых баб в самом соку… Рак.

Свирельников. Нет. У нее все замечательно. Замуж собралась.

Анна. Дочь-то с кем осталась?

Свирельников. С ней, вроде.

Анна. Уживется с отчимом?

Свирельников. Взрослая уже.

Анна. Тем более! Человек-то он хороший?

Свирельников. Сволочь.

Анна. Но добытчик хоть?

Свирельников. Это – да!

Анна. Друг, что ль, твой бывший?

Свирельников. Ну, ты прямо…

Анна. А с молодой-то управишься?

Свирельников. Справлюсь!

Анна. Ой, смотри!

Свирельников. А дедов дом давно сломали?

Анна. Лет десять. Ты же на похоронах не был. Я тебе, как помер, сразу телеграмму отбила.

Свирельников. Я, кажется, за границу уехал.

Анна. Хоронила дедушку младшая сестра. Из Мышкина приезжала. Она и участок Борису Семеновичу продала. Сколько он сюда материалу позавез и народу нагнал! Узбеков. Год строили, а потом еще год отделывали. Но это уже – хохлы. Вот пить-то здоровы! Витька тоже с ними работал – и сорвался. Он ведь у меня раньше столько не пил. Ну, ты помнишь!

Свирельников. Помню. Я пойду по деревне пройдусь!

Анна. Да какая уж теперь деревня! Одни дачники. Корова только у меня осталась. Еще одна профессорша на том конце козу держит. Для баловства. Может, позавтракаешь?

Свирельников. Не хочется.

Анна. Ты тоже, я смотрю, выпить не избегаешь!

Свирельников. Жизнь тяжелая.

Анна. Да уж ясно дело, семью-то к старости менять! Думаешь, от молодых одни радости? Э-эх! Постель-то общая, а жизни раздельные. Я в больнице орлов-инфарктников, вроде тебя, насмотрелась. Ни одна сучка молодая апельсина не принесет.

Свирельников (смотрит на свой телефон) Что-то мобильник не работает? Здесь всегда так?

Анна. Здесь, в Ельдугине, вообще не берет, в Селищах еле-еле, а в лесу есть места, где отличная связь. Ерунда какая-то… Ну, ты рыбачить или в лес?

Свирельников. Пойдем Грибного царя искать.

Анна. Ну-ну… А знаешь, как проверить, хорошая из девки жена выйдет или плохая?

Свирельников. Как?

Анна. В лес за грибами свести. Верная, она всегда рядом идет, как пришитая. Если гриб найдет – покажет. А ненадежная сразу уплутать норовит...

Свирельников. Откуда знаешь?

Анна. Дед твой рассказывал – так в старину делали.

                                            32.

Анна уходит. Появляется, потягиваясь, Светка.

Света. Ты не будешь так пить?

Свирельников. Как так?

Света. Как друг твой Витька.

Свирельников. Почему ты спрашиваешь?

Света: Папа так пил.

Свирельников. Так не буду.

Света. А как будешь?

Свирельников. Так, чтобы не спятить от этой жизни. Ну, давай собирайся, пойдем в лес.

Света. А каких грибов в лесу больше: поганок или хороших?

Свирельников. Поганок, наверное.

Света. Надо же, все как у людей! Я корзины принесу.

                                                         33.

Свирельников. Один - с корзиной - в лесу.

Свирельников (кричит) Света-а! Света-а! Ну, где же она? Ведь только что рядом была… (садится, вынимает из корзины гриб, рассматривает) А ведь и вправду люди похожи на грибы. Тоже всю жизнь накапливают в себе разную дрянь, а потом вдруг становятся смертельно опасными. Чего такого накопил в себе Алипанов, героический борец с преступностью, если стал браться за такую работу? Господи, там, Плющихе, в квартире лежат люди. Мертвые. Это я их убил! Разве мог я сделать это десять, даже пять лет назад? Нет, никогда! Никогда! А Тоня?...

В кроваво-красном луче появляется Тоня. Она стоит с закрытыми глазами.

Свирельников (обращается к ней) Ну, как же так, Тоня? Ты - тонкая, умная, интеллигентная… Ты всегда была выше меня. И вдруг так пошло заказать мужа, хоть и бывшего! За что? Разве можно из-за каких-то денег убивать человека? Тоня! Ну, скажи, скажи! Что молчишь? А-а, стыдно!

Рядом с безмолвной Тоней в таком же кроваво-красном луче возникает Веселкин. Они тоже стоит молча с закрытыми глазами.

Свирельников. А ты, Володя! Мы же с тобой в училище на соседних койках спали, в бэтээре вместе чуть не сгорели. За что ты хотел меня убить? Я у тебя денег не крал и жену, пусть даже бывшую, не уводил. Как же так, Володя?!... До чего ж странен и страшен человек! И если он сотворен, Господи, по твоему образу и подобию, тогда почему же так подл, кровав и несправедлив этот, Тобой, Господи, созданный мир!

      Свирельников вскакивает, мечется по сцене, зовет…

Свирельников. Света! Све-е-ета! Как же теперь жить-то? После такого… Ведь про это никому и не расскажешь – даже отцу Венианиму. А если и расскажешь, то надо объяснить, а объяснить-то нельзя. Невозможно. Но жить надо! Хорошо жить, правильно, искупительно. И обязательно в новом, светлом, чистом доме. Светка родит нового, живого человечка… С Аленкой Светка подружится. А дочь я буду беречь. Пусть учится на дизайнера. Она нервная. А когда узнает про то, что случилось с матерью…

В кроваво-красном луче появляется Алена. Она стоит молча с закрытыми глазами. Свирельников некоторое время смотрит на нее в ужасе.

Свирельников. А ты? Почему - ты?! Тебя же там не было. Была… Была! Тоня сказала, ты обещала заехать. Значит, заехала… А-а-а!

Свирельников кричит, пытается набрать номер. Связи нет. Он в отчаянье отбрасывает телефон, топчет его, падает, катается с проклятьями по земле, потом хватается за сердце, стонет, подползает к березе, припадает к стволу. Некоторое время он молчит, тяжело дыша, потом начинает с трудом говорить.  

Свирельников. Я убил свою дочь. А в голову какая-то чепуха лезет. Я вот что подумал: если найти Грибного царя, то можно все исправить. Ведь нельзя просить только смерти для других и вечной жизни для себя. Я и не буду. Я попрошу жизни для них. Какое небо чистое! Птицы, кажется, совсем близко.

                                                      34.

       Вдруг звонит отброшенный телефон. Свирельников, держась за сердце, с трудом дотягивается до него. Это Алипанов.

Алипанов. Алло! Ты? Еле дозвонился, недоступный ты мой!

Свирельников. Я…

Алипанов. Ты что делаешь?

Свирельников. Трудно объяснить.

Алипанов. Сидишь или стоишь?

Свирельников. Лежу.

Алипанов. Очень хорошо! А то бы упал!

Свирельников. Что с Аленой?

Алипанов. Ничего. Пороть надо твою Алену. Ремнем! Из-за нее весь тарарам.

Свирельников. Как из-за нее?

Алипанов. Докладываю. Этот Никон, оказывается, ее парень. Или бой-фрэнд. Я не понял. Раньше он с твоей Светкой…ну… общался. И что-то там еще у них осталось. Но Алена твоя в него, кажется, здорово втюрилась. В общем, девочки поссорились. И Светлана твоя, тоже экземпляр, ляпнула, что у вас с ней все по-взрослому, любовь-морковь и беби-киндер намечается. Дочка твоя взбесилась, не поверила и велела Никону за тобой последить. На Плющиху он приперся, чтобы ей обо всем доложить: как ты в ресторане пьянствовал, как в гостинице с девками ночевал, как к Светке в Матвеевское заезжал… Она ему сначала стрелку около института забила. Но ты их спугнул. Понял?

Свирельников. Понял.

Алипанов. Ай-ай-ай, Михаил Дмитриевич, можно сказать, светило отечественной сантехники, а такими глупостями занимаешься! Так что на Антонину и Верещалкина мы зря грешили! Они тебя без всякого криминала хотят честно располовинить. Милые, благородные люди…

Свирельников. Что с ними?

Алипанов. Откуда я знаю!

Свирельников. Ты их… нет?

Алипанов. Ну, ты спросил! Что я, маньяк, что ли!

Свирельников. Спасибо!

Алипанов. Спасибо? Не-ет! Приезжай – считаться будем! Деньги нужны. В Казань поеду. А ты со своей мнительностью на хорошие бабки попал! Я внятен?

Свирельников. Приеду. Спасибо…

Алипанов. Чего у тебя голос такой дохлый? Жизнь прекрасна! Грибов много собрал?

Свирельников. Много.

Алипанов. Поделишься?

Свирельников. Поделюсь...

Свирельников роняет телефон и затихает.

Алипанов. Ты чего молчишь алло!

                                            35.

      Через некоторое время появляется Светка с корзиной.

Света. Микки, а я белый нашла. Лучше, чем ты купил. Смотри! Микки, что с тобой? Ну, не дурачься! Спишь, что ли? (тормошит его) Микки, ты что – умер? А свадьба? …

                      

                                                

                                          ЭПИЛОГ

     У березы лежит неподвижный Свирельников. Появляется Дед Благушин.

Дедушка. Вставай внучек! Вставай! Видишь, солнышко тоже встает!            Пошли Грибного царя искать! Найдем - желание загадаешь!

    Свирельников лежит безмолвно и неподвижно. А его голос доносится откуда-то сверху.

Голос Свирельникова. А какое, дедушка?

Дедушка. А какое хошь…

Голос Свирельникова. Какое, дедушка?

Дедушка. Какое хошь…

Голос Свирельникова. Какое, дедушка?

Дедушка. Какое хошь…

                               Гаснет свет.

                                   КОНЕЦ

                                                         2011 год


Спектакль на сцене

МХАТ им. М. Горького